— Это… как бы тебе сказать? Политический брак, — нахожу самое легкое объяснение, чтобы не вдаваться в долгие рассказы о том, кто такой Артур.
— О… да? — реагирует она так же отупело и рассматривает широкую спину Артура, который как раз заказывает кофе в велокофейне. — А чей он сынок?
— В каком смысле?
— Ну, если брак политический, то он чей-то сынок. Типа, связи с кем выгодны твоим родителям?
— А, я не уточняла. Он просто друг Демона, я поэтому давно знакома с ним. А чей он сын, я не узнавала.
— Как его фамилия? — спрашивает она, доставая из крохотной сумочки телефон. — Сейчас загуглим.
— Мы не будем его гуглить, — накрываю ее руку своей. — Не сейчас. Я еще толком не проснулась.
— Но позже ты мне все расскажешь! — произносит она.
— Обязательно.
— Слушай, с Пашкой так неловко вышло, — тянет Таша. — Но он ехал на своей машине, и это был шанс взять кого-то еще. К тому же, у него было выкуплено место и с собой палатка большая. Я думала, будет круто, если он поедет с нами.
— Ты же знаешь, как он меня бесит, — шиплю, максимально приблизившись к подруге. — Или тебе нравится меня драконить?
— Да ты что? — Таша смотрит на меня огромными глазами. — Я же говорю, просто удобно было.
— Мы еще это обсудим, — бросаю недовольно.
— Слушай, ну жених, — качает головой подруга. — А когда свадьба?
— Скоро. Я еще не знаю, позволят ли мне приглашать друзей. Но если да, то ты будешь первой.
— Конечно! Кто-то же должен быть подружкой невесты, — радостно отзывается Таша. — А кто, если не лучшая подруга? — подмигивает она.
— Сима, мы можем поговорить? — спрашивает Паша, подойдя ближе.
— Со мной поговори, — рычит Артур, возникая из ниоткуда. — С этого дня все разговоры с Серафимой только через меня. А увижу, что рвешься с ней пообщаться у меня за спиной, охуеешь от последствий, — добавляет он и протягивает мне высокий стакан. — Твой кофе, малыш.
Серафима
Пока идем к кафе, а потом и во время завтрака, я постоянно бросаю на Артура взгляды. Какой он, а? Кто бы мог подумать, что моя просьба оградить меня от Паши будет воспринята с такой… сексуальной агрессией. Не будь он странным другом Демона, я бы, наверное…
— Артур! — слышу визгливый женский голос, а когда поворачиваю голову, вижу, как к нашему столику стремительно приближается какая-то деваха.
И это на меня он рычал за нескромный вид?
На блондинке шорты, которые скорее можно назвать трусами. И они настолько обтягивающие, что можно рассмотреть анатомические подробности ее промежности. А сверху на ней майка с глубокими вырезами подмышками. Очень глубокими. Типа настолько, что ее немаленькие сиськи того и гляди вывалятся с обеих сторон.
Артур поднимается, и эта сучка буквально повисает на моем женихе. Он тоже обнимает ее! Ну что за сволочь?! А потом она тянется к его губам, но Артур вовремя поворачивает голову, и она мажет своими накаченными варениками по его щеке.
Внутри меня закипает что-то такое… неприятное. И как будто это что-то там выплавляет ядовитые стрелы, которые я уже готова метнуть и в Артура, и в эту вешалку.
— Я не знала, что ты будешь тут! — восклицает девка. — Иначе поселилась бы в твоей палатке, — игриво мурлычет она. — Но если там еще есть для меня место…
— Там нет места! — рявкаю и сама офигеваю, что это выдала я. — Его необъятная невеста заняла всю просторную палатку, — добавляю уже тише.
Деваха переводит на меня удивленный взгляд, а потом смотрит на Артура. Он не улыбается, но я вижу самодовольство в его глазах.
— Невеста? — переспрашивает девка.
— Так, идем, — встаю и толкаю подругу в локоть. Она поднимает голову и, хмурясь, смотрит на меня. На завтрак пошла только Таша, Павел отвалился сразу после хамства Артура. — Давай, мне еще надо купить шляпу с логотипом фестиваля. Шевели булочками.
Хватаю подругу за локоть и не совсем ласково выволакиваю из-за стола. Она успевает только прихватить свой стакан с недопитым кофе.
— Блин, Сима, не лети, — возмущается Таша. — Что за корова? — спрашивает, когда мы отходим от кафе.
— Видимо, прошлое приключение Артура, — отвечаю раздраженно. Стараюсь небрежно дернуть плечом, чтобы показать свое равнодушие, но этот жест только подчеркивает мою злость.
И почему, собственно? Брак-то политический. Откуда это раздражение вообще появилось? Я же ничего к Артуру не испытываю!
Но меня буквально плющит.
Все тело горит от злости, а внутри скапливается столько энергии, что я готова крушить и ломать.
— Давай медленнее, — просит Таша. — Мы уже прошли мимо двух палаток со шляпами. Да что с тобой такое?
— Вон шляпы, — игнорируя вопрос подруги, тащу ее к следующей палатке.
— Погоди. Я хочу сначала купить светящиеся палочки.
Мы с Ташей подходим к палатке с разными сувенирами. Она протискивается вперед между такими же покупателями, чтобы выбрать палочки, а я остаюсь немного в стороне.
Стою. Киплю.
Вздрагиваю, когда на мой живот ложится большая ладонь, сзади прижимается крупное тело, а в ухе звучит голос Артура:
— Прошлое приключение, ничего более, — говорит он, а у меня от его тихого, низкого голоса волоски на затылке шевелятся и мурашки бегут.
