— Ты ошибаешься, — качаю головой. — Это решать нам с Артуром.
— Я запрещаю! — папа снова тычет пальцем в столешницу. — И не дам согласия на этот брак! Если будет нужно, я спрячу тебя так, что он не найдет. Посидишь там, пока не перебесишься.
— Ар-р-р! — не выдерживаю и вскакиваю с места. Разворачиваюсь и несусь на выход из кабинета.
— Серафима, немедленно вернись! Мы не договорили!
— Не о чем больше говорить! — бросаю, не оборачиваясь. — Ты со мной не согласен, я — с тобой!
Вылетаю из кабинета, громко хлопнув дверью. Давно я такого себе не позволяла. У меня с папой всегда была гармония. Лет в двенадцать я хлопнула дверью его кабинета, потом пришлось выслушивать полуторачасовую лекцию о неподобающем поведении и уважении к родителям. После этого, как бы ни злилась, никогда такого не делала. А сегодня вот сорвалась.
Добегаю до лестницы, но торможу, услышав голоса у входной двери. Поворачиваюсь и сталкиваюсь взглядом с мамой.
— Сима, — ласково произносит она и идет мне навстречу, раскрыв объятия. Я тут же окунаюсь в них и начинаю всхлипывать. — Что такое?
— Папа не разрешает мне выйти замуж за Артура.
— Слава этому здравомыслящему человеку, — слышу голос Демона и показываю ему фак.
— Сима, папа же не просто так запрещает, правда? — ласково спрашивает мама.
Отстранившись, прищуриваюсь и впиваюсь в родительницу взглядом.
— И ты, Брут? — спрашиваю.
— Брют, — стебется Демон, проходя мимо.
— Дима, — порицающим тоном говорит Ангелина.
— Малыш, я всего лишь пошутил.
— Нельзя так шутить, — удаляясь, возражает жена Демона. — Речь о судьбе Симы. Вопрос болезненный. Ты сильно спрашивал папу, когда собирался жениться на мне?
— Ну че ты начинаешь, Ангел? Я же…
Болтовня остальных членов семьи заглушает голоса, и я уже не слышу, как Геля тихо отчитывает моего брата.
— Сима, — зовет мама, и я опять перевожу на нее взгляд.
— Я выйду за него замуж, ясно? — отрезаю и отстраняюсь от мамы. — Если папа спрячет меня, Артур найдет. Если семья не принимает мой выбор, я даже могу сбежать со своим женихом.
Серафима
Забежав в свою комнату, запираю дверь и падаю на кровать. Уткнувшись лицом в подушку, ору в нее так, что срываю голос.
Ненавижу, когда не получаю желаемое! Просто ненавижу!
Вскочив, хватаю свой телефон и пишу Артуру.
Я долго гипнотизирую телефон, но ответа все нет.
Опять психую. Рычу и швыряю подушки, потому что чувствую себя запертой в клетку зверушкой. Как, блин, можно взять и отказаться от своих слов?! Папа же сам сказал мне выйти за Артура! Я не хотела! А теперь, когда хочу, он дал заднюю!
— Сима? — раздается голос мамы, а потом деликатный стук в дверь. Она дергает ручку, но я заперлась. — Серафима, открой, пожалуйста.
— Я не хочу ни с кем разговаривать! — выкрикиваю.
— Сима, доченька, я понимаю, ты злишься. Но давай поговорим.
— О чем?! О том, что Артур мне не пара?! Вы так не думали перед моей поездкой на фестиваль!
— Дочка, обстоятельства изменились.
Я со стоном падаю на кровать и пялюсь в потолок, обклеенный флуоресцентными звездами. Когда у меня начался подростковый возраст, и родители делали ремонт в моей комнате, я попросила эти звезды оставить. Мне иногда нужно немножечко волшебства в этой суровой жизни. Наклейки стали тем волшебством.
Хотя сейчас я бы не отказалась от какого-нибудь магического дара. Типа, например, перемещения во времени. Я бы вернулась немного назад и вышла замуж за Артура сразу, как только папа об этом сказал. Правда, я тогда еще не знала, какой он.
Опять внутри все скручивает, когда я вспоминаю, что вполне могу потерять Артура, потому что папе, видите ли, уже не нужен этот брак.
Черт! Ну почему мои братья женились на ком хотели, и даже не спрашивали разрешения родителей?! И им все сошло с рук! Потому что, бляха, они мужчины! Могут применить силу, хлопнуть дверью. А я…
— Серафима, открой, — слышу голос папы и вижу, как дергается дверная ручка.
Встаю с кровати и тащусь открывать, потому что папе ничего не стоит выломать мою дверь. А потом он, скорее всего, мне в назидание снимет ее с петель. Он уже так делал. Так что с ним я стараюсь тоже не перегибать.
Отперев, плетусь назад на кровать. Падаю на нее спиной и продолжаю пялиться в потолок, пока заходят родители.
Папа садится на мое кресло у стола, а мама — на край кровати. Она пытается положить руку на мою, но я отдергиваю ее.
— Сима, ты неправа, — говорит мама. — Мы с папой делаем все, чтобы тебе было лучше. Артур не самая подходящая партия.
— Правда?! — восклицаю и резко сажусь на кровати. Прищурившись, обвожу родителей взглядом и останавливаюсь на мамином лице. — Во-первых, пару недель назад вы так не думали.
— Тогда были другие обстоятельства, — парирует папа, привлекая к себе мое внимание.
— Ну конечно, — ехидно усмехаюсь я. — Он сделал всю грязную работу, а теперь…
— Он сделал? — хмурится папа. — Это он тебе так сказал?
— Догадалась! Он, как и ты, ничего не рассказывает!
