Серафима
— Быстро подгони машину! — слышу крик Димы.
Вскакиваю с кровати и подбегаю к окну. Сердце выпрыгивает из груди, когда я отодвигаю штору и выглядываю на улицу.
Полночи я не могу уснуть. Куда там, когда я знаю, что два дорогих мне человека ушли в лес, чтобы стать живыми мишенями. Я понимаю, это была необходимость, поэтому ничего им не сказала. Не останавливала, даже не плакала. Просто сидела, укутанная объятиями Артура. Хотела, чтобы он почувствовал мою поддержку. А еще — чтобы и самой поверить в то, что все закончится благополучно.
Я толком ничего не вижу, потому что на улице хоть глаз коли, такая темнота.
Потом территорию освещают фары подъезжающего джипа, и я вижу лежащее на земле тело, окруженное людьми. Мечусь взглядом в поисках Артура, но его, черт подери, нет! Вижу Демона, охранников, а моего жениха… нет!
Срываюсь с места и лечу на улицу. Распахиваю дверь и утыкаюсь в широкую спину одного из громил.
— Отойди! — выкрикиваю.
— Уберите Симу! — орет Демон.
— Серафима, вернитесь в дом, — обернувшись, просит охранник.
— Нет! — рвусь вперед, но громила удерживает меня на месте. — Дима, где Артур?! Это он лежит?! Что с ним?!
— Серафима! — рявкает брат. — Немедленно в дом!
— Нет! Скажи, что с Артуром!
— Глеб, заведи ее в дом!
— Простите, — говорит громила и, схватив меня за талию, заволакивает назад в дом.
Ставит на пол, а сам захлопывает дверь и встает перед ней так, что закрывает большую часть деревянного полотна.
Я всхлипываю. Истерика подкрадывается к горлу и не отпускает. Внутренности так сильно сжимаются, что тяжело дышать.
— Что с ним? — спрашиваю охранника. — Скажите хоть что-то.
— Я не знаю, — спокойно отвечает он. — Немного подождите, и ваш брат все скажет. А сейчас наберитесь, пожалуйста, терпения.
— Как вы достали! — бросаю в отчаянии и бегу к окну.
Отодвинув штору, смотрю на улицу. Прикусив кулак, чтобы не завыть, наблюдаю за тем, как тело грузят на заднее сиденье машины. Потом она разворачивается и скрывается в лесу. Снова становится темно. Я вижу только огоньки сигарет и вспышки зажигалок.
Несколько человек, встав кругом, курят. Среди них мой брат, я точно это знаю. Почему он не заходит в дом?! Почему не говорит, что с Артуром?! Неужели умер?.. Я ведь не переживу этого.
Когда одна за другой гаснут сигареты, я жду, что Дима придет в дом, но вместо этого все мужчины скрываются в лесу. Растворяются, словно тени, среди широких стволов сосновых деревьев, как будто их не было здесь еще секунду назад.
Не сдержавшись, подвываю и оседаю на пол. Прижавшись спиной к стене, обнимаю колени и рыдаю. Мне казалось, самое сильное чувство — это страх. Нет, тревога ни с чем не сравнится. Она вызвана неопределенностью. Ты просто вынужден сидеть на месте, когда хочется сорваться и бежать. Что-то делать, чтобы хоть немного унять это жуткое ощущение. Но надо ждать. И ждать. И ждать.
Со временем моя истерика прекращается. Начинает гудеть голова. Глаза болят от того, как много и долго я плакала.
А сколько раз я спросила этого Глеба, что с Артуром? Десятки. Разными способами. Изо всех сил пыталась выудить информацию, но он скала. Не знаю, говорит, и все тут.
“Надо ждать” — эта его фраза просто убивает! Сама понимаю, что надо, но сколько?! И как, черт возьми?!
Потом я меряю шагами комнату. А после забираюсь в кресло, заворачиваюсь в пахнущую Артуром толстовку и кладу голову на спинку. Медленно моргаю, глядя в окно. Там уже занимается рассвет.
После рассвета всегда легче. Мысли в голове оптимистичнее. Кажется, что любую проблему можно решить. Любую, кроме смерти… Судорожно вздыхаю, но уже не плачу. Жду. Что бы ни приготовила нам судьба, буду ждать. Глаз не сомкну, пока Дима с Артуром не вернутся.
Боюсь даже подумать о том, что в той машине увезли моего жениха. Пусть это будет кто-то другой! Да, его тоже жалко. Но я эгоистка, которая хочет, чтобы выжили ее близкие, а на посторонних мне — как бы отвратительно это ни звучало — плевать.
Чувствую на себе руки, и меня окутывает аромат парфюма Артура.
— Подгоните машину ближе, — его шепот прямо у моего уха, а потом меня поднимают в воздух.
— Я уснула? — спрашиваю, зевая.
— Да, малышка, — ласково произносит Артур.
— Я не собиралась. Хотела вас с Димой дождаться. А потом плакала. Думала, ты умер.
— Я не планирую делать этого еще, как минимум, лет пятьдесят. Спи, крошка.
— Ага, — отвечаю и удобнее прижимаюсь головой к его груди.
А потом до меня доходит. Распахиваю глаза и, чуть отстранившись, впиваюсь взглядом в лицо Артура.
— Ты живой, — выдыхаю.
Он опускает на меня взгляд и усмехается.
— Живой.
— О, господи!
Повисаю на его шее и обнимаю так крепко, что рискую задушить. Целую испачканную землей шею. Мне плевать. Пусть он хоть в чем измазался. Это мой любимый, и он живой!
— Давай, Сима, садись.
Артур усаживает меня на заднее сиденье джипа, за рулем которого сидит тот самый громила, что стерег меня всю ночь.
— А куда мы?.. А Дима где?
— Он уже умчался в аэропорт. Летит забрать девочек и привезти их домой.
— Все закончилось? — всхлипываю и вцепляюсь пальцами в толстовку Артура.
