К тому же, после озвученного мною, руку с моего плеча эйн всё-таки убрал. Портал исчез. Мужчина снял с себя верхнюю часть своего облачения и укрыл им уже меня, очевидно, как частичной заменой снятому мною балахону. Сам остался в одной рубашке. Зачем он это сделал, честно говоря, я не совсем поняла. Какая разница? Я в рубашке, он теперь тоже… Но уточнять не стала. Слишком занята была поглощением винограда и осушением очередной пиалы с ягодным напитком. И только когда жуткое ощущение голода притупилось, всё же не удержалась от вопроса:
— А что, восемьсот семьдесят две наложницы на одиннадцать дней вам не хватило? — прищурилась, не скрывая своего негативного отношения к столь бесполезному времяпровождению, повторно сосредоточившись на главе рода Эльрилейрдских. — Вы решили себе ещё одну завести? Так сказать: компенсировать минус восемьсот семьдесят третью?
Кое-кто из сидящих по левую сторону столов подавился. Притом не едой, собственным кислородом в лёгких. А вот глава рода Эльрилейрдских никак не отреагировал. Разве что былая мрачность к нему вновь вернулась. Но зато со словами нашлась та самая, о которой я спрашивала:
— Нашему великому эйну меня подарил сиор Аэлмар, — прозвучало так пафосно и надменно, что я даже есть перестала.
Нашла, чем гордиться!
— Сиор Аэлмар? — переспросила я, едва удержавшись от того, дабы не скривиться.
— Это я, прекрасная госпожа Фрейя, — последовало от мужчины, сидящего по правую сторону установленных столов.
Сам он находился в компании аж двух наложниц, судя по их одеяниям. Немного светлее остальных, с обманчиво мягкой улыбкой и ямочкой на подбородке — он выглядел моложе всех из Эльрилейрдских.
— Подумал, брату это… — продолжил, но не договорил.
Тот самый брат, о котором упомянул, одарил его таким пронзительным многообещающим взглядом, что даже мне не по себе стало.
— Аэлмар — самый младший из нас, — заговорил другой маг крови, в отличие от остальных, сидящий подальше, в гордом одиночестве. — Я — Сехелис, кстати, — представился следом.
Его примеру последовали и другие мужчины.
Помимо Аэлмара и Сехелиса — Айбер, Доар, Иладар, Саэллат, Северус, Идан, Oрен, Хаим, Элазар… Одиннадцать братьев Эльрилейрдских. Не двенадцать.
— А где Брон? — задала вполне закономерный вопрос.
О том, что он не очень уместный — поняла чуть позже, когда рядом со мной вновь вспыхнул ализариновый портал. На этот раз эйн не стал дожидаться, когда я соизволю проявить послушание, точнее найду новый повод, чтобы оное проигнорировать. Самым бесцеремонным образом подхватил меня за локоть и буквально впихнул в сгусток меж пространственного излома.
А я, между прочим, не наелась!
То и озвучила:
— Вы что себе позволяете? — проворчала, оказавшись, ожидаемо, в спальне эйна. — И вашу кровь снова пить я не буду, — добавила на всякий случай.
А то уж больно взгляд у мужчины был пристальный, блуждающий по моему лицу, будто в первый раз рассматривал.
Вот точно что-то задумал же!
И отпускать меня, судя по всему, тоже он не собирался. Так и держал крепко за руку, не позволяя отстраниться. Ко всему прочему, ни на мой вопрос, ни на последнее утверждение — ничего не сказал. А молчал повелитель огненных пустынь Аксартона очень-очень долго. Но и я не спешила говорить что-либо ещё. Просто потому, что поняла прекрасно, ни к чему обострять ситуацию. Судя по тому, как стремительно темнели вены на мужском лице, пребывал эйн не в самом лучшем расположении духа.
— Считал, что ты сбежала, — наконец, нарушил затянувшуюся паузу он мрачным тоном.
Чужие пальцы сжались на мне ещё крепче прежнего.
— Не сбежала, — отозвалась с мягкой улыбкой.
Хотя и тут тоже можно было бы промолчать. Ничего нового я ему не сообщила. Вот только слишком явственно почувствовала, что придётся мне его успокаивать. В моих же интересах. А то так и простоим тут ещё неизвестно сколько. Да и адресованная эйну улыбка сработала. Напряжения в чертах лица повелителя огненных пустынь стало меньше, а чёрные вены прекратили расползаться по его шее.
— То есть, в мою смерть вы не поверили? — уточнила на всякий случай, вспомнив о том, что говорил Анхель. — Почему?
Ну, должны же быть на то какие-то основания. Мало ли, я ещё чего-то не знаю об его способах определения моего существования?
— Не поверил, — только и сказал глава рода Эльрилейрдских. — Но я просил тебя дождаться меня в шатре. И ты продала свою тиару оривийцу, — поставил уже хмуро.
Ох ты ж…
Знала ведь прекрасно, что ему это не понравится!
И всё равно испытала капельку смятения.
То самое украшение, к слову, теперь покоилось на своём “законном месте” — на бархатной подушке, как и тогда, когда я впервые его увидела.
Забрал, значит…
— Что ты получила взамен? — добавил эйн.
Ага, допрос устроил…
— Ничего, — почти не солгала. — Ассасин убил его прежде, чем он смог выполнить мою просьбу.
В тёмном взоре полыхнула чистейшая ярость.
— Почему ты вернулась? — поинтересовался коротко.
Хотя, ввиду бушующих в его глазах эмоциях, ему явно было что добавить ещё ко всему прочему.
