Лорд Харт с бессильной злостью ударил кулаком об косяк.
— А я говорил, что ее нужно держать взаперти! Под постоянным присмотром! Доигрался в свободу, дур-рак самонадеянный? — бросил он, обернувшись к Каэлю, хотя тот его не слышал. — Вот и все! Последнего Феникса потеряли!
— Может, Лира все-таки вернется? — с надеждой утонила ведьма.
Глава Королевского совета безопасности отрицательно качнул головой:
— Темный феникс? В третий раз? Такое было лишь дважды за все время. К тому же Лира еще не восстановилась, так что… — он прервался, так как рядом замерцал магический портал, выпуская двух подтянутых женщин в военной форме с кейсами.
— Так, вот тебе ведьмы и антидоты. Поднимайте Каэля на ноги, а я пошел туда, — распорядился лорд Харт и исчез.
Времени терять ведьмы не стали. Не прошло и минуты, как нужный антидот был найден и влит в Призрачного дракона. А затем последовали еще и несколько укрепляющих зелий для надежности.
Этого оказалось более чем достаточно. Почти тотчас Каэль открыл полыхающие ртутью глаза, глубоко втянул носом воздух и прошипел:
— Где она? Где Зарина?
— Здесь никого не было, когда я тебя нашла, — быстро ответила Мадина. — Так это она тебя отравила? Вот же стерва! Но с ней потом разберемся, сейчас там проблема с Лирой…
Договорить она не успела. Лицо Каэля потемнело, а окутавший дракона темный кокон заставил ее и двух других ведьм инстинктивно отшатнуться от волны леденящего страха.
— Лир-р-ра! — совершенно нечеловеческим голосом прорычал Призрачный дракон и исчез.
— Что это было? — охнула одна из ведьм.
— Все плохо, — мрачно изрекла Мадина и пошла приводить в чувство Дамира.
Больше ничего она сделать уже не могла.
Лазурный дракон очнулся не так быстро. Даже когда Дамир открыл глаза, взгляд его был мутным, а сознание спутанным. Ведьмам лорда Харта пришлось на ходу замешивать проясняющее память зелье, чтобы тот смог нормально общаться. Но, наконец, Дамир все же окончательно пришел в себя и медленно поднялся с пола.
— Что произошло? — потирая виски, спросил он.
— Это я у тебя хочу узнать, — буркнула Мадина. — Как вас с Каэлем смогла уделать какая-то паршивая драконша?
— А Каэля тоже? О-о, — протянул Дамир. — Хотя да, она же к нему пришла, а я просто в переговорке сидел. Самого разговора не слышал, только тональность их голосов. Зарина, вроде, о чем-то просила, Каэль был раздражен… а потом послышался звук падения. Я удивился, вышел из переговорки и столкнулся с ней. Даже не понял, что случилось, как эта стервь улыбнулась и повесилась мне на шею. Поцеловала — и все, я отключился. Слушай, так ее, что, подослали? Опять этот упырь лорд Харт воду мутит?
— Если бы это было так, вы бы еще валялись на полу в состоянии бревна, — холодно одернула одна из ведьм. — Только благодаря его светлости вы находитесь в сознании, а ваша память не похожа на дырявое решето, так что следите за выражениями.
— Эй, ладно, ладно, я просто спросил, — Дамир поднял руки и перевел вопросительный взгляд на Мадину.
— Зарина как-то связана с оборотнями, — произнесла она. — Она обезвредила Каэля на время, чтобы оборотни успели напасть на Лиру. И спровоцировать.
— И? — Дамир, вмиг посерьезнев, подался вперед.
— Мы видели зарево черного огня, значит, она обратилась в Феникса в третий раз, — Мадина опустила голову. — А по словам лорда Харта Темные фениксы, тем более в ослабленном состоянии, после третьего воплощения не возвращаются. И судя по невменяемому виду Каэля после того, как он очнулся, Лиры больше нет.
— Каэль, ее больше нет. Прошло уже больше десяти минут, Лира не вернется.
Несмотря на то, что Харт находился рядом, его голос для Каэля звучал словно откуда-то издалека. Стоящий посреди огромного выжженного дочерна котлована Призрачный дракон едва улавливал его краем сознания, находясь в состоянии какого-то оглушенного оцепенения.
Он не мог поверить.
Не мог поверить в то, что Лира ушла окончательно.
И Каэль, и его аватара — оба стояли и отказывались принимать реальность, все еще надеясь на чудо. Надеясь, что пламя взметнется вновь и обратится новой плотью.
— Каэль…
— Она вернется, — еле слышно прошептал он. — Просто надо еще подождать…
— Нет. — Голос Харта ударил плетью. — Феникс возвращается сразу, Каэль. Или угасает совсем. И Лира… угасла.
Угасла.
Его девочка. Его избранница. Единственная, кого он любил, и кто был ему нужен.
Угасла.
И виноват в этом только он! Не уберег. Не защитил, хотя и обещал. И теперь…
Осознавший, наконец, окончательно свою потерю дракон в нем взвыл, разрывая остатки сковывающих заклинаний.
— Каэль!
Предостерегающий возглас Харта потонул в громогласном крике:
— Она! Должна! Вернуться!
Взметнулись призрачные крылья, погружая мир вокруг в зыбкое, леденящее марево.
— А если она не может вернуться, я верну ее сам!
Каэль призвал силу, чувствуя, как его сердце бьется все медленнее. Он знал, что делает. Это был единственный способ. Единственный шанс вернуть ее.
