Раньше у меня было всё. Исполнялся любой каприз. Я купалась в деньгах и внимании.А сейчас…Сейчас я вынуждена жить в страшной тесной квартире без ремонта и… работать! Ну ничего, мир еще узнает Марию Белову!Рассказ про бывшую мажорку, подстраивающуюся под обстоятельства.
Мария стояла на остановке под дождем, балансируя на каблуках, которые явно не были рассчитаны на московские лужи. Зонт норовил вывернуться наизнанку, в стаканчике кофе на вынос «как бы эспрессо» угрожающе хлюпал, а ключи от квартиры, той самой двушки, где обои отклеивались вместе с ее мечтами — выскользнули из рук и с звонком упали в лужу.
Еще год назад она не знала, что такое метро, а ее отец, некогда владелец сети ресторанов, покупал ей платья из парижских бутиков. Теперь он сбежал, всё имущество конфисковали, а сама Мария, вчерашняя «папина принцеза», шла на первое рабочее место — помощницей директора в модный журнал La Perle.
— Эй, принцесса, потеряла золотой ключик? — раздался за спиной хриплый голос. Обернувшись, она увидела соседа, дядю Васю, который выгуливал таксу в пижаме и тапках-медведях.
— Золотой остался в прошлой жизни, — фыркнула Мария, пытаясь подцепить ключи зонтом. — Теперь у меня «бюджетный люкс». С джакузи в виде протекающей трубы.
— Ага, зато с видом на помойку, — засмеялся дядя Вася. — Не кисни, красотка. У моего Рекса тоже лапы дрожат, когда он на метро едет.
Она запрыгнула в ближайшую маршрутку, чтобы поскорее отвязаться от нежелательного разговора.
Добралась до станции метро, там сделала пересадку. И через двадцать минут добралась до нужного адреса.
В лифте Мария поймала свое отражение. Светлые кудри, сбежавшие из попытки сделать «деловой пучок», напоминали взрыв на макаронной фабрике. Платье с цветочным принтом, купленное на распродаже (Всего 500 рублей! Это же почти даром!).
— Ну здравствуй, Золушка 2.0, — пробормотала она, поправляя воротник. — Только вместо туфель — долги, а вместо принца — директор, который, наверное, злющий тролль с камнем вместо сердца.
В офисе La Perle ее встретила секретарша с накачанными губами.
— О, новенькая? — девушка оценивающе скользнула взглядом по ее платью. — Директор ждет. Но сначала совет: здесь носят черное. И… эээ… — она еле заметно сморщила нос, — размеры меньше.
— Спасибо за лайфхак, — Мария сладким голосом достала из сумки леденец-петушок. Отличный антистресс, всегда носила с собой парочку. — Держите. Чтобы губы не сдулись, пока будете учиться фильтровать мысли перед словами.
Маша подхватила кофейную чашечку с напитком со стола секретаря и вошла в кабинет.
Кабинет Марка Борисовича оказался очень стильным. Сам он, не отрываясь от монитора, бросил:
— Опаздываете на четыре минуты.
— Виноват лифт, — Мария поставила кофе ему на стол, случайно задев папку с надписью «СРОЧНО. УВОЛЬНЕНИЯ». — Он древнее пирамид Хеопса. Думаю, там живет призрак бывшего арендатора.
— Вам платят не за остроумие, — директор наконец поднял глаза. Его взгляд напомнил ей сканер в аэропорту.
— Ваша задача: совещания, графики, кофе. И… — он поморщился, увидев ее яркий маникюр, — научитесь быть невидимкой.
— Невидимкой? — Мария вспомнила, как в детстве пряталась в гардеробе, он к слову был больше этого кабинета по размерам. — О, это мой скрытый талант. В прошлом году я две недели избегала свадьбы с олигархом.
Марк Борисович выдавил непонятный звук, и указал на дверь:
— Начните с уничтожения этого платья. И… — он вдруг потрогал свой галстук, будто проверяя, не превратился ли он в удава, — принесите еще кофе. Без сахара.
— Без сахара, как и ваши шутки, — прошептала Мария, выходя. В кармане её ждал спасительный леденец.
«Горошинка, — подумала она, потрогав его. — тебе повезло. Тебя хоть искали через перины. А я тут как Золушка наоборот — из дворца в серые стены, и даже феи-крёстной нет… Хотя погоди, фея бы точно принесла торт. Или антидепрессанты».
Пока она пробиралась к кофемашине, мимо промчалась стайка ассистенток в облегающих черных платьях. Одна из них ехидно кивнула на её цветочный принт:
— Ты в сад собралась?
— Нет, на похороны вашей тактичности, — улыбнулась Мария, намеренно громко хрустнув леденцом. — Кстати, у вас помада на зубах. Напоминает мне Джокера. В хорошем смысле.
ОфисLa Perle напоминал муравейник, где вместо муравьев сновали редакторы в черных рубашках, ассистенты с айфонами и стилисты, несущие манекены как священные реликвии. Мария, застрявшая между двумя столами с грудой папок «СРОЧНО», пыталась вспомнить, куда Марк Борисович велел отнести договор с ювелирным брендом.
— Эй, новенькая! — рыжая девушка с подчеркнуто-тонкой талией и именем Агата на бейдже ткнула в нее маникюром с кристаллами Swarovski. — Ты опять в цветном? Наш директор терпеть не может радугу. Он дальтоник, или ты не в курсе?
— Значит, у нас что-то общее, — Мария ухмыльнулась, поправляя платье в горошек, которое Агата, кажется, приняла за личное оскорбление. — Он не видит цвета, а я не вижу смысла в ваших попыткам меня переодеть. Кстати, у вас на блузке пятно. Или это новый тренд — кофе-арт?
Агата фыркнула и скрылась за углом, оставив за собой шлейф дорогих духов. Мария вздохнула, глядя на договор: Бриллианты для избранных.