Моя жизнь. Моя семья. Моя радость и моя боль. Все перемешано и идет рука об руку.
– Мама, открой!
Слышу, как Маша барабанит по двери.
– Сейчас. Не ломай! – отвечаю скороговоркой.
Быстро открываю дверь и в меня с размаху летит торт с кремом.
Еще раз. В меня. Женщину моего возраста. Летит. Торт. С кремом!
– Зараза рыжая! – кричу и слышу заливистый смех.
– Серебряная свадьба! С годовщиной! Я решила быть оригинальной.
Отплевываюсь и смотрю в хитрую веснушчатую моську.
Неодобрительно мотаю головой, но не сержусь. Радостно как-то на сердце.
– Родная, а ты маму не хочешь нормально поздравить, поцеловать? – спрашиваю и, заметив недоверчивое выражение на лице Мэри, быстро ловлю дочку в объятия, стараясь как следует испачкать.
– Мстя моя будет жестокой, Рири!
Смеюсь, пока дочь пытается выскользнуть из материнских объятий.
– Нет! Не надо, ааа… – отбрыкивается как может.
Отпускаю проказницу и коротко резюмирую:
– Я в душ. С баловством на этом все. У меня уйма дел и тебе тоже не мешает подготовиться к вечеру, скоро придут стилисты.
– Хорошо…
Похрюкивая со смеху, отвечает дочь, и бежит к себе в комнату.
Иван Кац
Вхожу в спальню, где все пропитано запахом моей женщины. Ноздри хищно улавливают аромат, а я выхватываю тонкую фигуру, сидящую перед зеркалом.
Роскошные золотистые волосы аккуратно уложены, глухое платье с длинными рукавами совсем не выглядит скромно на Роре, оно подчеркивает женственность тела и вызывает только одно желание – разорвать, чтобы добраться до мягкой плоти, вгрызаться и оставлять следы страсти, засосы и синяки, которые так долго держатся на нежной коже.
Аврора ловит мой взгляд в зеркале, прикусывает губу, встрепенувшись, и длинные серьги-капельки бьются о шею.
– Иван, у меня нет замены этому платью!
Просекает настрой за секунду, вскакивает и пятится к стене, упирается в нее лопатками и смотрит на меня расширенными зрачками. Улавливаю страх и завожусь сильнее. Может быть, и не тронул, если бы так четко не прочувствовал эмоции.
Приближаюсь, мягко ступаю по полу.
– Ваня, не надо. Ночью после праздника я вся твоя.
Не отвечаю.
Совсем теряется и шепчет.
– Не рви только…
Подхожу вплотную и вдыхаю непревзойденный аромат моей женщины.
Смотрит на меня и уже вижу, что плывет, глаза полыхают. Быстро отводит руки за спину и нащупывает змейку, заставляя платье соскользнуть с точеной фигуры и свалявшимся облаком упасть к стройным ногам. Рассматриваю Рору. Отбрасывает бюстье и спускает полоску трусов, оставаясь передо мной украшенной лишь блеском бриллиантов и изумрудов.
Тянусь рукой к торчащим соскам и выкручиваю легонько. Запрокидывает голову, стонет.
– Ваня, я хочу повеселиться, пойти в ресторан, у нас заказан столик… нет на это времени.
– На хуй все, не убежит.
Расталкиваю коленями ее ноги и выпускаю готовый к бою член из брюк. Насаживаю одним смачным ударом.
– Ваня, что же ты творишь… – шепчет, обнимая за шею, подстраиваясь, пока пошлые шлепки двух бьющихся друг об друга тел раздаются в пространстве.
– Ебу свою жену. Не чувствуешь?!
Стонет в ответ.
Уплываю от кайфа обладания, даже чувство тревоги, что постоянно со мной в последнее время, притупляется. Ударяю со всей силой, тараня матку.
Уже сама насаживается, ловит кайф от остервенелого траха.
С ней можно быть нежным, чувственным, слизывать капельки слез, которые она проливает, когда кончает, а можно быть и таким озверевшим от ее красоты.
И она будет отвечать всегда. Чувствую, как стенки влагалища ритмично сокращаются, давая понять, что моя женщина достигла пика, отпускаю себя. Еще пара сильных фрикций и я кончаю.
Целую пухлые губы, смотрю в блестящие глаза.
– Ты прекрасна, Рора.
Ухмыляется.
– Это нужно было сказать сразу, как увидел меня в красивом платье, а не когда отодрал, как шлюху.
Целую наглые улыбающиеся губы и всасываю острый язычок.
Отхожу и смотрю на жену. Восхищаюсь открывающимся видом.
– Ты прекрасна именно сейчас, Аврора, в бриллиантах и моем семени на бедрах. Ночью пощады не проси. Буду брать свое. Сейчас был маленький перекус.
Улыбается в предвкушении и вышагивает отточенной модельной походкой в ванную. Смотрю на крутую задницу, кайфую от вида. Закрывает дверь и слышу щелчок.
Предусмотрительная, наученная девочка. Не хочет продолжения на мраморной раковине. Хотя, дверь – не преграда, если мне приспичит.
Поднимаю маленькие трусики и вдыхаю тонкий аромат ее соков. Вытираю уже готовый к новому забегу член.
Ночь я возьму свое.
Голодный. Все равно хочу Рору. Как ни крути, а она моя одержимость. И ничего не меняется чертову тьму лет.
– Я готова. Только не нападай снова, – выходит из ванной, а в глазах чертята, улыбается, шутит. Только я даже не пытаюсь улыбнуться в ответ.
Стою не шевелясь, наблюдаю, как подходит к будуару и подправляет макияж, наносит на губы блеск.
Смущается под моим пристальным взглядом.
– Ваня, что-то не так?
– Все хорошо.
Улыбается, а я смотрю на нее, как влюбленный мальчишка, и понимаю, что безумно, до усрачки счастлив, что когда-то заполучил в личное пользование очередную дорогую игрушку, а оказалось, что сам стал принадлежать единственной женщине…
