А еще прямо сейчас меня безумно тянет к этому мужчине. Понимаю, что пора заканчивать дискуссию, о чем и спешу сообщить.
– Не стоит больше продолжать, Фил.
Ухмыляется нагло.
– Очень даже стоит. Знала бы, как именно у меня сейчас стоит…
Чуть не давлюсь. Откашливаюсь. И в шоке смотрю в стальные глаза.
Я правда сейчас это услышала?!
Больше нет бешеного холодного взгляда. На краткую долю передо мной проявляется незнакомый Гринвуд, которого я явно чем-то веселю.
– Ты похожа на грозного маленького хомячка, хотя нет, на белку. Такой рыжий пушистик, приходящий с утренним похмельем и выдирающий мозг.
Теряюсь от теплоты, которой пропитано каждое слово. Открываю и захлопываю рот, как рыбка, выброшенная на берег.
Я знаю, как отбивать удар, а вот на ласку реагирую странно. Опытный мужчина опять дезориентирует.
И мне хочется, чтобы никого здесь не было и на мне не было этого дурацкого зеленого платья. Красивого, но жутко неудобного… и я желаю лицезреть Гринвуда без одежды, голого, нависающего и берущего меня всю целиком, без остатка…
Гринвуд не спешит от меня отходить. Смотрит прямо в душу, взглядом имеет, ставит клеймо на каждом кусочке открытой кожи.
Только взгляд, а кажется, что прикладывает огненное тавро и оставляет незримые отпечатки принадлежности.
Дыхание страшно учащается, и без того узкое тяжелое платье начинает давить на грудь.
Сумасшедшая! Неужели я запала на ассасина?! Или просто гормоны берут верх?! Сложно противостоять Гринвуду и еще сложнее понять, что именно происходит со мной.
Тот, кого я должна априори избегать и обходить десятой дорогой, беспрерывно возникает на моем пути.
Не могу больше выносить его молчание. Подхожу к столу и ставлю коктейль, при этом я подхожу настолько близко к Филу, что, когда наклоняюсь, чтобы забрать сок, немного касаюсь плечом его сорочки. Одно касание, а меня простреливает током. Быстро беру бокал, но прежде, чем уйти, слышу легкий, чуть хрипловатый голос:
– Девочка с запахом вишни…
Не отвечаю и отхожу. Все тело покрывается мурашками и меня знобит.
Не хочу чувствовать его рядом, не могу. Он чужой. А я… я дура, которая предает светлые чувства друга детства из-за животной похоти сильного, брутального самца, который просто заинтересовался мной, потому что частенько даю ему по носу. Наверное, азарт хищника бурлит в крови.
Улыбаюсь гостям, беседую и больше не делаю ни глотка, а сама слежу за Джокером. Огромный мужчина смотрится горой и под изысканным пиджаком виднеется перевязь с оружием.
– Вооружен до зубов и дико опасен.
Подмечаю, как переговаривается по наушнику. К нему периодически подходят другие охранники. Также замечаю Змея. Главу службы безопасности отца. Страшный мужчина с татуировкой ползучего гада на виске. Эта татуировка тоже отличительная в криминальном мире. У отца, например, на спине набиты купола.
От слежки за интересующим объектом меня отвлекает визгливый голос:
– Ри! Моя Ри! – кричит высоченная, худющая блондинка, чмокнув меня в обе щеки.
С трудом удерживаю себя, чтобы не сморщить нос.
Офелия. Моя кузина. Ее мама фанат Шекспира. Итогом чего стало интересное имя для дочери.
Следующие полчаса меня вводят в курс всех сердечных похождений, но на имени пятого бойфренда я выключаюсь и воспринимаю треп кузины как некий бубнеж, бла-бла-бла и в какой-то момент она заканчивают следующим:
– А еще я подала документы в “Элит Моделс”, хочу попробовать, – радостно вещает красотка с чуть подправленными чертами. Нос изменила явно и разрез глаз.
– О, это супер, удачи тебе? – отвечаю излишне весело.
– Можешь попросить Рору, чтобы замолвила за меня словечко? Она ведь до сих пор имеет вес в мире моды.
Прикусываю губу. Мама этого не любит. Она никого по блату никуда не пихает. Да и говорит, что у каждого свой путь и быть виновной в неудачах не хочет.
Поначалу я не понимала суть ее мысли, а потом до меня дошло, что если она похлопочет за кого-то, а там не получится взлета, то претензии из-за несостоявшейся карьеры будут предъявлены маме. Той, кто помогла и в закулисье модельного бизнеса ввела.
Смотрю в обычно надменное лицо Офы, которое сейчас блестит подобострастием, и пытаюсь как можно дружелюбнее ответить:
– Я передам твою просьбу, но ничего гарантировать не могу.
От меня не убудет, я действительно скажу, но мама ни за кого не поручается. У нее свой кодекс и правила.
– Ты супер! Спасибо! Спасибо! Спасибо!
Офелия мысленно уже заключила контракт и стала лицом топового бренда. Пытаюсь немного достучаться до родственницы.
– Я ничего не обещаю, Офа. Я не знаю, сможет ли мама помочь.
– Это уже очень хорошо, Ри! Спасибо! Я твоя должница! Проси все, что хочешь.
Ухмыляюсь. То, что я хочу, мне никто не даст.
– Слушай, – вдруг тянет гласные она, – ты везучая. Мужики в охране зашибись. От таких хоть из трусиков выпрыгивай. Особенно парень со шрамом хорош, и еще тот взрослый с татуировкой змеи на виске. От них веет угрозой и тестостероном. Прям пощупать хочется эти литые мускулы, ммм… лапочки, – закатывает в предвкушении глаза.
От ее слов меня перекашивает. Просыпается желание настучать по голове дурехе.
