– Я думала, что леди Эльдара другая, но это оказалось не так, – говорит Селестра, втянув носом воздух. – Я постоянно пытаюсь доказать, что достойна. Но никогда и никому этого не будет достаточно.
На мгновение мир замолкает.
– Словно я и не покидала замок. Меня одолевают те же чувства, что и в башне.
Печаль в ее голосе застает меня врасплох.
Я думал, что эти испытания позволят Селестре раскрыть свою силу, перебороть страх и сразиться с королем.
Но я никогда даже не задумывался о том, что это способ доказать, что она достойна магии.
Доказательство того, что она была достаточно хороша.
Я не отвечаю. Не знаю, что сказать, чтобы Селестра почувствовала себя лучше. Я должен злиться на нее, не так ли?
Селестра вздыхает, и по мере приближения ночи ее дыхание становится глубоким и спокойным. Свет от костра скользит по ее бледной коже и танцует на губах.
Мой отец тренировал ее так же, как тренировал меня. Возможно, он ненавидел короля, но считал Селестру достойной. Он хотел, чтобы она смогла защитить себя от кого-то вроде Сирита.
Чувствовал ли он, насколько Селестра отличается от короля и своей матери?
Я вдыхаю ночной воздух.
Селестра была совсем ребенком, когда увидела смерть моего отца. Интересно, насколько это отразилось на ее личности. Обязанности, которые возложили на нее в тот день, были такими же серьезными, как и те, что возложил на меня отец. Он хотел, чтобы я спас мир. Семья Селестры хотела, чтобы она его разрушила.
Почему мы должны отвечать за грехи наших родителей?
Селестра шевелится, под ее спиной шуршат листья. Я задерживаю дыхание на случай, если она проснется.
Через несколько мгновений мои глаза закрываются.
Селестра будит меня на рассвете.
Я не осознавал, что заснул, пока она не ударила меня ногой по голени и не сказала:
– Просыпайся и сияй!
К моему удивлению, когда я открываю глаза, уже светло. Оказывается, лес на самом деле не существует в бесконечной тьме.
Не могу поверить, что спал так долго, и чувствую себя отдохнувшим. Долгие годы я страдал от бессонницы. В лесу с привидениями, наполненном садистскими испытаниями старой королевы, я ни разу за ночь не проснулся.
Как мне удалось расслабиться рядом с наследницей моего злейшего врага?
– Для того, кто не спит, ты дрых как убитый, – шутит Селестра. – Не говоря уже о храпе.
Я замираю.
– Я не храплю. – Надеваю куртку, она пахнет Селестрой. – И я не спал. Просто на некоторое время дал глазам отдохнуть.
Девушка фыркает, раскусив ложь.
Я даже не пытаюсь ее убеждать.
Селестра тушит огонь, и я замечаю, что ее волосы снова стали ярко-зелеными. На ней не осталось ни пятнышка грязи.
Она замечает, что я пялюсь.
– Я вымылась в ручье, – объясняет она. – Больше не могла выносить тот отвратительный запах. Тебе тоже стоит ополоснуться.
Она берет горсть ягод и протягивает мне.
Я качаю головой.
– Я почти все съела, пока ты спал, – говорит она. – Проснувшись, я была готова грызть кору дерева. – Селестра задумчиво вздыхает. – Скучаю по свежим булочкам с вишневым вареньем, которые мы с Иренией воровали на кухне. Ох, и по хрустящей, но нежной картошке с чесночным маслом и травами.
Могу поклясться, что она пускает слюни.
Я потягиваюсь и зеваю, стряхивая с себя долгий сон. Я к такому не привык.
– Кому нужна картошка, когда есть лесная земля и ягоды? – спрашиваю я.
Селестра неохотно кладет в рот еще несколько ягод, морщась от горького привкуса.
– Куда мы направимся сегодня?
Я наклоняюсь и беру в руки компас.
– Похоже, север в той стороне.
Селестра убирает волосы с лица.
– Да начнутся испытания, – бормочет Селестра. По ее тону я понимаю, что она скорее останется здесь и будет есть кислые ягоды, нежели столкнется с очередными ловушками леса и испытаниями Эльдары.
Мы идем несколько долгих часов, не встретив ни призраков, ни чего-то еще, прежде чем наконец натыкаемся на большой каньон.
Лес расходится в стороны, как скорлупа грецкого ореха. Каньон так глубок, что я не вижу дна. Обе стороны соединяет шаткий и ветхий веревочный мост.
– Может, есть другой путь? – спрашивает Селестра.
Я смотрю в компас.
– Это север. Похоже, твоя тетя изо всех сил пытается нас убить.
Селестра гримасничает при слове «
– Технически она моя прапратетя, – уточняет Селестра, с презрением глядя на мост.
– Мне начинает казаться, что ты не очень-то сильно ей нравишься.
– Думаешь, мост выдержит наш вес?
Я кладу компас в карман.
– Есть только один способ это выяснить.
Я ступаю на мост и слышу треск. Я выжидаю мгновение и делаю еще один шаг.
Мост качается, но выдерживает мой вес.
Я хватаюсь за веревки и смотрю через плечо на Селестру.
– Ступай следом, когда будешь готова.
Она стонет, но следует за мной.
С каждым нашим шагом мост трещит и дребезжит. Дерево под моими ногами тревожно поскрипывает, а веревка, за которую мы цепляемся, тонкая и изношенная.
Едва мы проходим половину пути, как моя нога соскальзывает по гнилой деревяшке. Я падаю на колени и проламываю часть моста.
Одна нога болтается в воздухе, ветер лижет лодыжку, пытаясь стащить меня вниз.
Селестра бросается ко мне.
