Девушка сотряслась в очередной рвотной конвульсии. Тело тщетно пыталось найти путь к спасению, хотя его методы доставляли лишь ещё большие страдания. Лидия покачала головой и взглянула на меня пронзительно, словно решилась открыть страшную тайну:
— Королева Теона, уже скоро я встречусь с матушкой, отцом и любимым братом в мире духов. А раз так, то знайте, я благодарна вам за то, что вы были добры ко мне в этот последний день, но я никогда не прощу вам убийство моей семьи. Зачем вы поступили так бессердечно? Вам так сильно хотелось занять трон, что вы решили убить всех, кто вам препятствует. А ведь мой отец был всегда так добр с вами! Он дарил вам лучшие ткани, что удавалось выторговать у торговцев из Империи Гот, даже не спрашивая меня, хочу ли я себе что-то столь же прекрасное. Он любил вас даже больше меня, называл своей любимой принцессой, а вы…
Из глаз Лидии полились слезы. Она перестала держать маску воспитанной леди, скрывающей все свои искренние чувства. Сквозь слезы, девушка продолжила жаловаться мне, тому, кого считала причиной все своих несчастий.
— Зачем вы приказали своим слугам убить мою кормилицу и любимую собаку? Она только принесла щенков, а ваши… растоптали их на моих глазах, хохоча. Я не прощу вам смерти кормилицы и муки моих ни в чём не повинных служанок. Нет, они были моими дорогими подругами. Я ненавижу вас, принцесса Теона и проклинаю, за всё то горе, что вы…
— Эй, эй, попридержи язык, подруга, — выдавил я сиплым, сдавленным голосом.
— Никого я не убивал. Ни семью твою, ни слуг, никого.
— Но капитан Марсель!.. — попыталась возразить девушка, не желая слушать опрвдания.
— Он действовал не по моему приказу! — соврал я, хотя ложью это было лишь наполовину.
— Нет⁈ — поразилась Лидия, даже перестав плакать.
— Нет. Капитан Марсель убил моего отца и всех моих слуг также, перед этим надругавшись над ними. Мне это граф Ганс Ригберг рассказал, — уверенно заявил я.
Эх, всё-таки правду говорить всегда легче. Я видел, как выражение ненависти у девушки смягчилось и сменилось сожалением. Как ни странно, но я мгновенно почувствовал себя намного лучше физически. Словно гора с плеч упала. Что происходит?
— Королева, умоляю, простите меня. Я была обманута злодеем, — поникла девушка.
— Мне жаль, что ты потеряла семью, Лидия, но ты должна выжить, хотя бы для того, чтобы отомстить, так что борись! — сказал я, прислушиваясь к своим ощущениям.
Чем лучше ко мне относилась Лидия. Тем лучше мне становилось с каждой секундой.
— Ваше Величество, раз вам так плохо, похоже, вы тоже отравились принесенной мною из колодца водой. Может вам и на себе использовать вашу… магию.
— Мою магию? — переспросил я, призадумавшись.
А ведь действительно! Я же не знаю всех возможностей жара в груди. Всех граней его применения. Если он позволил мне бежать, как олимпийскому чемпиону, активировал мистический артефакт, закрыл чудовищную рану Свену, и даже вытолкнул отравленную воду из тела Лидии, то почему бы ей не справиться с отравой во мне? Да и с обычным алкоголем в крови или болезнью, включая зуд в одном очень интимном месте. Магия на то и магия, чтобы творить невозможное. Я как раз был на грани жизни и смерти, и это стрессовое состояние должно было помочь мне призвать свою силу. Странно, что сразу об этом не подумал.
Пока я настраивался на нужный лад, чтобы призвать жар, в повозку резво вбежала Кордия. Она была энергичной и двигалась легко и непринужденно, словно уже избавилась от мучавшего её похмелья.
— Принцесса, где вы храните футляр с Духом Возмездия⁈ — первым делом спросила она, оказавшись в повозке.
— В сумке, — ответил я, покосившись на кожаную сумку на лавке напротив.
— О, вы забрали из башни мою сумку! Благодарю.
Кордия схватила сумку и рывком вытряхнула её содержимое на пол. Взяла мой «рукав» и быстро принялась развязывать туго затянутый в узел шнурок на горловине. Я внимательно наблюдая за её действиями, и спросил:
— В чём дело?
— В этом, Ваше Высочество! — торжествующе объявила девушка, наконец, развязав рукав, и также вытряхнув на пол повозки наполовину опустевший после расчета с Явором мешок с монетами и почему-то оказавшийся без крышки серебряный футляр. Кулон мистического уровня лежал снаружи. Зеленый камень потемнел, излучая зловещее черно-зеленое свечение, чего совершенно точно не было в прошлый раз.
Осторожно поддев клон за шнурок, Кордия запихнула его назад в серебристый футляр, и плотно закрыла его крышкой. Чтобы та вновь не слетела, Она завернула футляр в ткань рукава и плотно перевязала получившийся сверток шнурком. Почти сразу, как изменивший цвет черно-зеленый камень скрылся в защитном футляре, моё самочувствие улучшилось вдове. Головная боль и зуд, правда, совсем не исчезли, но тряску, головокружение, озноб, температуру и тошноту, как рукой сняло.
— Как ты догадалась, что проблема к артефакте? — спросил я.
— Всё очень просто. Стоило мне сесть к вам в повозку и мне резко стало дурно, а вышла и самочувствие само, прямо на глазах улучшилось. Ваше Высочество, нельзя так небрежно обращаться с опасными магическими артефактами.