Поэтому всего на пятый день прибытия, Аэледис объявила её не просто своей ученицей, а своим заместителем при гильдии магов и всячески втиралась в доверие, чтобы узнать, кто она, откуда кристаллы и книги с правильными ритуалами и формулами, которых не должно было оказаться в руках обычной девушки с юга.
Срочный заказ ритуала принцессой Теоной и сведения полученные в этот же день от одурманенного Винсента де Ракула вылились в хитрый план, провернув который, Аэледис получила всё: и кристаллы Кордии и защитный артефакт глуповатого ракульского графа. Аэледис внушила Кордии, что её кристаллы, оставленные в комнате призыва были уничтожены ритуалом, подложив на их место пустышки.
С графом Винсентом она поступила таким же образом, забрав все его кристаллы для выполнения заказанного зачарования и присвоив их себе, перед отправкой назад в Башню конклава. Досталось и доверившейся обещаниям хитрой магессы принцессе. Ритуал был проведен, но для вызова мудреца требовалось пять голубых кристаллов или их эквивалент в виде сто двадцати алых.
Аэледис разложила нужное количество на силовых точках пентаграммы магического круга призыва, но только для вида. После этого она погрузила Кордию и принцессу в транс, заменила кристаллы в сумке «ученицы» и на пентаграмме на пустышки, оставив всего по одному алому кристаллу в силовых точках, для кратковременного призыва в тело принцессы любой свободной духовной сущности, что пожелает в неё войти и развлечет её беседой, создав иллюзию общения с мудрым советчиком. Но, что-то пошло не так.
После призыва сущности, принцессе стало очень плохо, чего в принципе на должно было произойти при столь незначительной энергетической поддержке. Она говорила на непонятом языке, держалась за правый бок и без конца рыгала. Рыгала, как будто в её теле появился неиссякаемый источник переработанной пищи. Аэледис очень разволновалась, что жалобы принцессы могут задержать её в королевстве, поэтому максимально ускорила свой отъезд, покинув столицу еще с вечера, через час после проведения ритуала, вместо планируемой отправки с утра. Граф Оушен был очень удивлен ночной гостье, но переговоры и ночной выход в море прошёл, как по маслу.
Аэледис ступила на пристань у подножья магической Башни конклава с видом победителя. Она не только раздобыла бесценные сокровища, но и привезла с собой крупную партию алых кристаллов, полученную сразу от трех обведенных вокруг пальцев вельмож.
Было интересно, какую часть сокровища из партии кристаллов коллегия выделит ей для поднятия собственного потенциала? Что предпримет по случаю вторжения Империи Гот? То, что война неизбежна, было очевидно, но женщина надеялась, что коллегия высоко оценит её агентурные способности, добытый для быстрого прибытия в Ардор транспорт и не станет рисковать столь ценным помощником, отправляя его в опасное столкновение с силами главного противника.
Но уже через час стало известно, как сильно женщина ошибалась. Добытые ею синие кристаллы архимаги восприняли холодно, как что-то само собой разумеющееся и даже не заикнулись о том, чтобы позволить магессе приумножить свою личную силу за счет даже малой их части. О качестве и количестве водного транспорта, полученного от графа Оушена высказались вообще пренебрежительно.
— Этого графа давно пора кинуть в темницу, а его людей заставить работать на нас. Я не понимаю, почему до сих пор этого не сделали? — заявила одна из длинноухих членов круглого стола, за которым сидело двенадцать представителе высшего совета коллегии.
— Поддерживаю вас архимаг Илхесса, — сказал ещё один эльф в белой мантии.
— Вы хотите развязать войну с Ардором? Это может вызвать остановку поставок, как оттуда, так и из Орфа, что для нас крайне нежелательно, — заявил один очень древний старик, но по сравнению с сидевшими рядом эльфами, он был ещё не так стар.
— В свете информации, что для нас раздобыла младший член совета Аэледис, это уже не столь важно. Скоро граф Оушен будет уничтожен Империей или склонит перед ней свою голову, что создаст для нас проблемы с морским сообщением с Ардором. Поставки кристаллов и так и так прекратятся. Поэтому не лучше ли сработать на опережение? Захватить флот графа Оушена, и заставить всех его людей служить нам, чтобы прекращение поставок не произошло.
Аэледис была в корне не согласна с этим предложением. Может маги и сильны в бою на суше, но на море они беспомощны и полностью зависят от навыков моряков. Если тех будут принуждать служить силой, то есть большой риск, что корабли неожиданно сядут на мель, разобьются о скалы или пойдут на дно прямо с грузом и пассажирами. И плавают маги ничем не лучше, чем обычные люди. Оказавшись на воде они станут кормом для рыб через несколько дней или даже часов, хотя многие моряки способны вплавь добраться до побережья, даже если тот виднеется далеко на горизонте.