С удивлением наблюдавший эту сцену дворецкий, пришел к выводу, что неожиданная посетительница – одна из бывших подружек молодого хозяина. Ну, конечно же! Все указывало на это – судя по одежде девица явно из низшего сословия, но при этом не совсем простолюдинка, а манер дворянских нахваталась от Ричарда. Что ж, сына миссис Стилби можно понять – такая красотка! Однако это дерзко и неприлично – являться в дом к своему покровителю. Подобные девушки должны знать свое место! И ради всех святых, зачем этой легкомысленной прелестнице понадобилась госпожа? Ведь она спрашивала вовсе не Ричарда, припомнил дворецкий, более того, судя по неподдельному удивлению, явно не рассчитывала на встречу с ним. Брендон, гордившийся своей проницательностью, решил, что роман молодого хозяина с этой барышней, очевидно, имел последствия, и дерзкая девица явилась к матери своего любовника, чтобы угрожать и требовать денег. Праведное негодование слуги, за минуту разобравшегося в ситуации, пересилило впечатление от внешности девушки, и он уже с презрением окидывал гостью возмущенным взглядом, готовясь без жалости вышвырнуть ее за порог, дабы та не посмела тревожить покой миссис Стилби и портить ее отношения с сыном.
Между тем, молодые люди справившись с первым смущением, решились наконец заговорить друг с другом, причем сделали это практически одновременно.
– Ричард, тебя не узнать!
– Ты стала еще красивее!
Эмильенна по старой привычке обратилась к молодому человеку на «ты» и тут же задумалась, уместно ли это. Ведь перед ней был уже не товарищ их с братом детских проказ, а взрослый мужчина. Ричарду сейчас должно быть двадцать два или двадцать три года, посчитала Эмильенна. Когда он гостил у них, ему было семнадцать. Молодой человек был хорош собой, но не той изнеженной, почти идеальной красотой, что Ламерти. Внешность Ричарда привлекала совсем иным – мужественное открытое лицо, смеющиеся серые глаза, темные, слегка вьющиеся волосы. Если Арман в воображении девушки походил на загадочного надменного короля из старинных баллад, то Ричард напоминал скорее храброго и веселого рыцаря.
Брендон, меж тем, продумывал тактический маневр по изгнанию нахалки из порядочного дома. Мало ли что Ричард, судя по всему, рад ее видеть. Хозяин молод и легкомыслен, а подобная красотка вскружит голову хоть монаху, вон даже его, Брендона, чуть не провела своими невинными голубыми глазищами. Но нет, милочка, не на того, напала! Уж он-то позаботится о том, чтоб ее скорее спровадить, даже если это закончится ссорой с молодым мистером Стилби.
– Ну что же ты стоишь? – Ричард без лишних церемоний подхватил девушку под руку. – Пойдем скорее наверх. Боже, да ты вся промокла! Ты сейчас же мне расскажешь все, но сначала тебе нужно обсохнуть, переодеться и немедленно выпить чего-нибудь горячего.
– Брендон, – обратился он на этот раз к слуге. – Вели Луизе нагреть для барышни ванну, найти ей сухую и чистую одежду и распорядись на кухне, чтобы в малую столовую через полчаса подали чай.
– Но, господин, – запротестовал Брендон. Голос его дрожал от осознания, что он позволяет себе указывать хозяину, но дворецкий, вознамерившийся любой ценой сохранить семейный покой, был непреклонен. – Это никуда не годится! Простите, что позволяю себе лишнее, но позвольте вам заметить, что девице ее положения негоже находиться в домах, подобных этому.
– Чего?– Ричард опешил. – Ты что несешь?! Какого такого «ее положения»? Ты хоть знаешь кто перед тобой?
– Догадываюсь, – холодно ответил слуга, исполненный, как ему самому казалось, оскорбленного достоинства.
– Да будет тебе известно, что мы имеем честь принимать у себя мисс… то есть мадемуазель Эмильенну де Ноалье.
Теперь уже опешил незадачливый дворецкий. Имя гостьи ему ничего не говорило, но что значит приставка «де» перед фамилией он знал. А еще он понял, что очень крупно попал впросак. Оправдывая допущенную оплошность тем, что желал хозяевам только добра, покрасневший как рак, Брендон поспешил убраться, и со всем рвением бросился выполнять поручения Ричарда.
Сам же Ричард, держа Эмили под руку, не успел подняться и до середины лестницы, как внизу отворилась дверь, и вслед за лакеем, в холл вошла элегантно одетая дама средних лет, которую можно было бы назвать скорее приятной, чем красивой.
– Мама, – крикнул сверху Ричард. – Ты не поверишь, кто к нам пожаловал!
Миссис Кларисса Стилби с удивлением и любопытством взглянула на сына и его спутницу и тут же изумленно охнула. Она сразу узнала совершенно неожиданную, но оттого не менее желанную гостью.
– Эмили, девочка моя! – миссис Стилби взлетела по лестнице с резвостью, не уступающей той, с которой преодолел эту же лестницу ее сын, увидев девушку.
Мгновением позже благородная дама уже прижимала к сердцу дочку своей лучшей подруги. Затем, слегка отстранив от себя девушку, миссис Стилби, залюбовалась ею. А Эмильенна в это же время вглядывалась в знакомые, но слегка позабытые черты хозяйки дома.
