Гейбриел медленно поднес к губам костяшки ее пальцев. Она затаила дыхание, когда его теплые и гладкие, как атлас, губы прикоснулись к ее пальцам. Никогда еще обычный поцелуй руки не ощущался как нечто упоительно-греховное.
Уголком глаза она заметила леди Алексу, разглядывающую его с явным интересом, но ее кокетливая подруга пусть лучше даже не мечтает о нем. Делиться Гейбриелом София не собиралась ни с кем, так что Алексе придется на сей раз умерить свои аппетиты. Правда, последнее время Алекса была сама не своя: ее очень сильно потрясло ночное нападение. С тех пор как София вернулась жива и невредима после пребывания на ферме, подруга так и льнула к ней.
Как только Гейбриел выпустил из руки ее пальцы, она опустила глаза и постаралась собраться с мыслями. Восстановив самообладание, она одарила его королевской улыбкой и обвела рукой тронный зал.
— Добро пожаловать, майор, в мой временный дом.
Казалось, ее самообладание раздражает его. Он снова сердито взглянул на нее.
— Кто вы такая? — шепотом произнес он.
Она многозначительно взглянула на лорда-гофмейстера, который уже огласил ее полное имя и многочисленные титулы. Но Гейбриел продолжал смотреть на нее с недоверием.
— Майор, не желаете ли пройти со мной? — сказала она, не желая обсуждать вопрос в присутствии всего двора.
Музыканты сразу же перестали играть. Все придворные склонились в поклоне или глубоком реверансе и оставались в этом положении, пока она не вышла из зала.
София повела Гейбриела в смежную комнату, и ее греческие телохранители последовали за ней. Тимо и Янис сразу же заняли места по обе стороны двери. Ее верные стражники практически не выпускали ее из поля зрения.
Проходя мимо, она с благодарностью взглянула на них и проследовала в Картографическую — обшитое деревянными панелями квадратное помещение, напоминающее старинную шкатулку. Комната была меньше и темнее, чем сверкающий тронный зал, но оборудована всем необходимым для разработки стратегических планов. Стены ее были увешаны географическими картами и диаграммами. Книжные полки провисали под тяжестью пыльных атласов, а на огромных дубовых столах стояли глобусы и лежали стопки книг.
Но самым примечательным предметом в этой комнате была топографическая модель мира в виде большого круга, разложенная на полу, на которой были изображены миниатюрные горные хребты и окрашенные в синий цвет моря, а также нанесены золотые линии долготы и широты.
В соответствующих местах были размещены миниатюрные макеты египетских пирамид, крошечная голубая мечеть в Константинополе, собор Парижской Богоматери, лондонский Тауэр, великий римский Колизей и многое другое.
Модель мира была создана очень давно, однако конфигурация земель оставалась, конечно, той же самой, чего не скажешь о собственности на землю и названиях стран, которые часто менялись. Часть модели все еще перекрашивалась, чтобы отразить последние территориальные переделы после падения Наполеона.
София пересекла слабо освещенное помещение. Все еще сердитый, Гейбриел последовал за ней, с грохотом захлопнув за собой дверь.
— Не желаете ли что-нибудь выпить? — поглядев на него через плечо, спросила она, направляясь к шкафчику с напитками. — Судя по твоему виду, тебе это не помешало бы.
— К черту твои напитки, я хочу получить ответы! Кто ты такая, и что происходит? — рявкнул он, бросив свой шлем на кожаное кресло с подголовником.
— Разве ты не слышал, что сказал гофмейстер? — спросила она, пытаясь говорить веселым тоном, и плеснула ему в стакан немного бренди. — Я наследная принцесса Кавроса. И нуждаюсь в твоей помощи.
— Почему? — спросил он.
— Потому что кто-то пытается меня убить. Из-за этого я и оказалась на твоей ферме. — Чуть приподняв подол длинного платья, чтобы он не касался пола, она поднесла ему стаканчик, заглядывая в глаза. — Выпей.
В ее сердце все еще жило воспоминание о том ужине на его кухне, когда они сидели за столом, как два обычных человека, мужчина и женщина, которые наслаждаются простой деревенской трапезой.
Все еще сердитый, Железный Майор даже не шевельнулся, чтобы взять из ее рук стакан. София пожала плечами и сама отхлебнула глоток. Она предполагала, что ей это потребуется. Судя по всему, он был очень зол на нее, и выкрутиться будет не так-то просто.
— Я этому, черт возьми, не верю, — пробормотал он сквозь стиснутые зубы, покачав головой. — И что, они хотят, чтобы тебя охранял именно я?
— Боюсь, что это так, Гейбриел. Позволь мне объяснить тебе…
— Уж будь так любезна! — рявкнул он.
Она подняла руку, пытаясь успокоить его.
Он сбавил тон, но продолжал ворчать.
Опасаясь перегнуть палку, она попыталась успокоиться и перешла прямо к делу. Откровенно говоря, она испытала большое облегчение, получив наконец возможность рассказать ему всю правду.
— В то утро, когда ты нашел меня спящей в твоем сарае, я, спасая свою жизнь, скрылась с того места, где на мою карету было совершено нападение. Люди в масках напали на нас по дороге в этот замок.
Когда он слушал ее рассказ, его черные брови грозно сошлись на переносице.
