Принцесса или ведьма полностью

– Стопроцентно злая? Я? Это смехотворно! Это сумасшествие! Это…

– Впечатляюще, – задумчиво сказала Анадиль. – Даже Эстер пощадила пару крыс…

– А мы-то все думали, ты неумеха, – насмешливо сказала Эстер. – Но оказалось, что ты настоящая змея в овечьей шкуре.

Софи попыталась перестать хихикать, но не смогла.

– Спорим, у неё есть какой-нибудь особый талант – круче, чем у нас всех? – сказала Дот, пережёвывая маленькую шоколадную ногу.

– Не понимаю, – засмеялась Софи. – Откуда вообще берётся весь этот шоколад?

– И какой же он? – прошипела Анадиль. – Какой у тебя талант? Ночное видение? Невидимость? Телепатия? Ядовитые клыки?

– Мне всё равно, – рявкнула Эстер. – Мой талант ей не победить. И неважно, насколько она злодейка.

Софи хохотала так, что у неё слезы брызнули из глаз.

– Слушай меня, – вскипела Эстер, сжимая тарелку в кулаке. – Это моя школа.

– Да забирай себе всю дурацкую школу! – воскликнула Софи.

– Я буду старостой класса! – зарычала Эстер.

– Не сомневаюсь!

– И никакой Читатель не встанет у меня на пути!

– Злодеи, что, все такие смешные?

Эстер безумно вскрикнула и швырнула в Софи тарелкой. Та увернулась и увидела, что тарелка воткнулась прямо в плакат «Разыскивается» на стене, начисто срубив голову Робину. Софи наконец перестала смеяться и посмотрела со своей обгорелой кровати на силуэт Эстер, стоявшей на фоне открытой двери. Он был чёрным, как сама смерть. На мгновение Софи показалась, что татуировка Эстер двигается.

– Берегись, ведьма, – прошипела Эстер и хлопнула дверью.

У Софи задрожали пальцы.

– А мы-то думали, она провалится! – весело воскликнула Дот у неё за спиной.

Агата понимала, что раз уж её отдали волку, значит, дела очень плохи.

После пожара её на два дня заперли в комнате и разрешали открывать дверь лишь для того, чтобы дойти до туалета или взять поднос с сырыми овощами и сливовым соком, который приносили хмурые феи. На третий день после обеда пришёл белый волк и забрал её. Схватив когтями за обожжённые розовые рукава, он протащил её мимо фресок в зале с лестницами, мимо учеников школы Добра, бросавших на неё сердитые взгляды, и учителей, которые не решались даже смотреть ей в глаза.

Агата боролась со слезами. Она уже дважды подряд провалилась на уроках. А за провоцирование паники среди животных, погром и пожар в школе, несомненно, её объявят худшей в классе и в третий раз. Всё, что ей нужно было сделать, – притвориться доброй на несколько дней, но даже это у неё не получилось. С чего она вообще взяла, что сможет тут хоть сколько-нибудь продержаться? Красота. Чистота. Добродетель. Если всё это – Добро, то она на сто процентов злая. И теперь её за это накажут. Агата достаточно хорошо разбиралась в сказочных наказаниях – злодеев расчленяли, потрошили, варили в кипящем масле, снимали им кожу заживо, – чтобы понимать, что её тоже ждёт боль и кровь.

Волк протащил её по башне Милосердия, мимо дятла в огромных очках, прибивавшего новые рейтинги к двери комнаты Красоты.

– Мы идём к Директору школы? – хрипло спросила Агата.

Волк фыркнул. Подведя её к комнате в конце коридора, он постучал в дверь.

– Войдите, – сказал тихий голос.

Агата посмотрела в глаза волку.

– Я не хочу умирать.

Его ухмылка впервые за все время смягчилась.

– Я тоже не хотел.

Он открыл дверь и втолкнул Агату внутрь.

Пожар, похоже, в конце концов удалось потушить, потому что после обеда на третий день занятия возобновились, и Софи вместе с одноклассниками оказалась в сырой, заплесневелой аудитории, в которой преподавали особые таланты. Сосредоточиться ей не удавалось: в животе всё сильнее урчало, Эстер бросала на неё убийственные взгляды, а Дот шепталась с другими никогдашницами, рассказывая им о своей «стопроцентно злой» соседке по комнате. Всё пошло не так. С самого начала занятий Софи пыталась доказать всем, что должна быть принцессой, а сейчас в ней видели чуть ли не будущую старосту школы Зла.

Урок особых талантов вела профессор Шиба Шикс, толстая женщина с чирьями на обеих чёрных щеках, одетая в красное бархатное платье с пышным лифом и острыми плечами.

– У каждого злодея есть талант! – тягуче, нараспев проговорила она, расхаживая по комнате. – Но мы должны превратить ваш маленький росточек в огромное дерево.

Задание на уроке было простым: каждый никогдашник должен был показать классу уникальный талант. Чем мощнее талант, тем выше рейтинг. Впрочем, первым пяти ученикам не удалось показать вообще ничего, а Векс пожаловался, что даже не знает, какой у него талант.

– Директору школы на Вечере талантов ты так и скажешь? – загремела профессор Шикс. – «Я не знаю своего таланта», или «У меня нет таланта», или «Мне не нравится мой талант», или «Хочу обменяться талантами с царицей Утакаманда»!

– До последней фразы она мне даже нравилась, – сказала Дот.