Добравшись до офиса и попав в приёмную, я невольно ахнула от количества народа, который столпился перед лифтом. Как только попыталась выйти из кабины, поняла, что могу и не выйти, так как вся толпа, только завидев раскрывающиеся створки, рванула внутрь, чуть не затащив меня обратно. Спрашивать, что случилось, у работников, спешно покидающих офис Германа под явно недовольное бурчание, я не стала. Кое-как добравшись до стойки ресепшена и не обнаружив там Иру, пошла дальше. Ира нашлась в самой пучине — посреди гневно собирающих свои вещи специалистов агентства. Большинство было недовольно, но находились и те, кто принял сокращение под соусом позитива, радуясь возможности покинуть это «проклятое место».
— Ира! — только завидев подругу, я попыталась привлечь её внимание. — Ира!
Ира, услышав своё имя, сразу начала вертеть головой в поисках того, кто звал. Обнаружив меня, она поменялась в лице. Тут же натянула радостную улыбку и чуть ли не бросилась на меня с объятиями.
— Ника! Знала, что ты придёшь! — обрадовалась она, словно в моём прибытии было что-то хорошее. Я, отнюдь, не разделяла её радости. Собиралась же съездить домой к Герману и забрать вещи, но вместо этого зачем-то притащилась сюда. Почему? Потому что интерес — дурацкое любопытство, которое теперь могло сгубить не только кошку, но и меня.
— Что происходит? — спросила я. Как будто, блин, ослепла и сама не вижу, что происходит!
Ира пожала плечами.
— Герман сошёл с ума. Сказал, что хочет стать свободным человеком. И ещё сказал, что не желает, чтобы его имя было хоть как-то связано с именем его отца.
Я помотала головой, понимая, что до добра это не доведёт.
— А что Михаил? Ты сказала, что он пришёл.
Ира кивнула в сторону кабинета начальника.
— Пришёл, сейчас у Германа.
Я снова помотала головой. Если мне хотелось узнать, что происходит на самом деле, так сказать, из первоисточника, а не от того, кто преуспел в распускании сплетен, нужно было идти в кабинет. Но желания идти туда не было совсем.
— Идём со мной, — сказала я подруге. Наполовину уверенно, наполовину так, словно умоляла.
— Идём! — тут же поддержала Ира. — Одна я туда ни за что бы не сунулась.
Я прикрыла веки, успев пожалеть о своём предложении. А на что я, собственно говоря, надеялась? На то, что она откажется? Ох… Хотя бы самой себе могла бы не врать, Вероника…
Мы подошли к офису. Место секретарши пустовало. Я прикрыла глаза и нерешительно постучалась.
— Думаю, он сойдёт с ума, — прокомментировала подруга. Я непонимающе взглянула на Иру. Подруга пояснила: — В последнее время почти никто не стучится. Все вламываются без спроса.
Я выдохнула. Уже подумала, что он сойдёт с ума из-за того, что увидит меня.
Ждать дольше не было смысла, я потянулась к ручке, уже собралась открыть дверь, как та открылась сама. Точно, как в тот день, когда Герман снёс меня и я облилась кофе. Можно сказать, что с того дня и начались наши непростые отношения…
На секунду меня обдало стойким чувством дежавю. Сердце замерло. Я испугалась, что всё повториться снова. Только на этот раз без кофе.
Дверь распахнулась, мы с Ирой успели отступить назад, чтобы нас не снесло. Передо мной стоял Михаил. Мужчина замер, не зная, как среагировать, но очень быстро сориентировался, протянул руки и радостно обнял. Пока я обнималась с Михаилом, краем глаза заметила Германа, заставшего в своём кресле и уставившегося на меня так, словно увидел перед собой труп.
— Рад тебя видеть, Вероника, — сказал Михаил, отодвинувшись и разглядывая меня с ног до головы. Посмотрев на меня с улыбкой, он добавил: — С каждым днём всё лучше и лучше.
Я улыбнулась в ответ. Улыбнулась искренне, неподдельно.
— Я тоже рада тебя видеть, — ответила я.
Мы зашли в кабинет. Ира немного замешкалась, когда поняла, что видеть рады только меня, но я быстро схватила подругу под руку и затащила её за собой.
— Какая честь! — воскликнула Диана, успевшая преобразиться в свой стандартный, чёрный, образ. — Не скажу, что тоже рада тебя видеть, но могу сказать это за Германа. — Она кинула на брата быстрый взгляд, после чего снова обратилась ко мне: — Кажется, Герман рад видеть тебя за нас двоих.
В ответ на это я лишь фальшиво улыбнулась. Чуть приподняла подбородок и, не теряя гордости поздоровалась с Германом.
— Доброе утро.
Герман всё ещё сидел в одной позе. Он так ни разу и не пошевелился с того момента, как я вошла. Услышав своё имя из моих уст, он вдруг очнулся, задвигался, закашлялся, поменял позу, и наконец поздоровался в ответ:
— Доброе утро, Вероника.
Я прошла к дивану и аккуратно присела на тот. Взглядом намекнула Ире, чтобы она присела рядом. Подруга повиновалась.
— Ну так что? — начала было я. — Что происходит?
— Мы закрываемся, — как ни в чём ни бывало ответил Герман.
Пришлось искать ответ на стороне. Посмотрела на Михаила, но и тот не смог сказать ничего толкового. Только смущённо поджал губы, мысленно отправив меня разбираться со своим бывшим.
— Это я уже поняла, — снова вернулась к Герману. — Повод какой?
Тут вмешалась Диана.
