На секунду Герману стало не по себе. Ему было обидно слышать такое. Он знал, что это правда. Знал, что Михаил прав. Но он знал и кое-что ещё. Кое-что, что не терзало его совесть, когда в его голове проскакивали мысли о плохом отношении к Михаилу. Нет, его ничуть не тревожил тот факт, что он, вроде как, поставляет собственного друга. Лишает его работы, даже не спросив его мнения. Об этом Герман не волновался от слова «совсем». Но вот оправдание в стиле: «я делаю это ради Вероники» всё же коробило его где-то внутри. Он задумался о том, как это выглядит со стороны.
В голове же Михаила в этот самый момент зрела примерно такая картина: допустим, он закрывает холдинг ради Вероники. Вот он придёт к ней и… И что он ей скажет? «Привет, я теперь безработный идиот, который собственноручно уничтожил свою фирму»? А что она должна будет ответить? «Ой, как прекрасно! Это всё ради меня?». А потом она ещё, наверняка, должна будет повиснуть на нём от радости. Да… Точно… отличный план… Только вот… отличным он был бы где-нибудь в параллельной вселенной… На самом же деле всё будет вообще не так. Михаил прекрасно это понимал. И Герман, будто бы прочитав его мысли, ответил:
— Ну да… как-то я не подумал… не учёл чужие мнения.
— Герман, ты точно с ума сошёл…
В кабинете воцарилась тишина. Друзья сидели молча, не зная, что сказать. Только шум снаружи, издаваемый уже бывшими работниками офиса, изредка доносился до друзей, отвлекая их от глубоких мыслей.
Дверь распахнулась. В помещение ворвалась Диана.
— Ты серьёзно?! — с порога воскликнула она.
Герман развёл руками. Уставился на сестру, перевёл взгляд на Михаила, затем снова на сестру.
— А ты откуда знаешь?
— Я написал ей, — сухо сообщил Михаил.
— Зачем?
Диана, подобно буре, пронеслась по кабинету и экспрессивно уселась в кресло напротив Германа.
— Я только вчера связалась с японцами. Герман! Я с ними два часа вела переговоры! Договорилась, чтобы они приехали в Москву, оценили бизнес. Сказала, что мы не знали про дела отца! Сказала, что мы готовы к сотрудничеству! А ты всё испортил! В один миг уничтожил всю нашу надежду!
Герман сдвинул брови.
— Что значит договорилась? К какому сотрудничеству?
Сидя на своём излюбленном месте Михаил молча сокрушался, схватившись руками за голову.
— Эй! Эй! — прикрикнул босс на зама. — Ты что, тоже что-то знаешь об этом?
Герман отлично играл свою роль.
Михаил поднял взгляд на Германа. В его глазах читалась безнадёга.
— Знал, — тихо ответил он.
— И что всё это значит?
— Это значит, — вмешалась Диана, — что нам конец.
— Так, с меня хватит! — Герман здорово рассердился. — Либо вы сейчас же рассказываете всё, что знаете, либо…
— Что? — перебила сестра. — Что ты сделаешь?! Ты и так уже сделал всё, чтобы не оставить нам ни шанса.
Герман не стал ничего отвечать. Он понял, что с Дианой разговор не пойдёт. Оставалась последняя надежда — его друг детства. Только он мог быть с ним честен.
— Ну давай, — не отрываясь от Михаила, потребовал Герман, — рассказывай.
Михаил тяжело вздохнул, после чего начал рассказ…
— Дело в том, что большую часть доходов твоего холдинга, точнее, холдинга твоего отца, мы получали не совсем законно. Твой отец использовал салоны красоты для контрабанды. Ты же знаешь, что наши салоны популярны по всей стране, у нас много филиалов в разных городах. Поэтому…
— Как? Как такое возможно, — вопрошал Герман.
— Я тебе скажу, как такое возможно, братик! Такое возможно только благодаря тебе! Тебе и твоей доверчивости! Вообще не понимаю, как отец додумался посадить тебя в это кресло! А ведь я ему говорила, что ты не станешь участвовать в этом! Нет, я, конечно, не сильно расстроена тому, что ты ничего не знал. Но это было раньше! До того, как умер отец! Теперь я ой как недовольна твоими управленческими способностями! Это ж надо же! Столько лет управлять холдингом и не знать, что твой лучший друг, заместитель директора, принимает незаконные поставки прямо у тебя под носом! Герман! Ты просто неисправимый идиот!
Я не знала, что делать. Не находила себе места. То есть… находила. Пока моё сознание металось от одно мысли к другой, я буквально замерла в одной позе, не в силах пошевелиться. Стояла и смотрела на сгоревший омлет до тех пор, пока не пришла в себя, подняла сковородку и не выкинула подгоревший завтрак в унитаз. Вслед за омлетом отправилось и содержимое моего желудка. Меня стошнило…
Не придав этому особого значения, я начала собираться. Сборы заняли пару минут. Из квартиры выбежала так быстро, что даже забыла закрыть за собой. Вспомнила об этом уже на улице. Вернулась, закрыла дверь на ключ, услужливо оставленный Ирой, и наконец отправилась в офис.
