— Звучит заманчиво, но… — Димарий задумчиво опёрся на подлокотник. — Мне кажется, господин Эванс, что Боги не зря лишили людей возможности перемещаться между мирами.
— Боги? — иронично хмыкнул человек. — Вы верите в существование Богов?
— Конечно, — ухмыльнулся Димарий. — С одной Богиней даже лично знаком. Но сейчас разговор не об этом. — Он тяжело вздохнул и посмотрел на Эванса, как на неразумное дитя: — Попробуйте понять одну вещь: если на что-то стоит строжайший запрет, то высока вероятность того, что этот самый запрет установили не просто так.
— Почему же этот запрет действует только на людей? Ведь и маги, и эргонцы могут проходить через межмировые порталы.
— Потому что, господин Эванс, мы — не люди. Можете считать нас другим видом живых существ, с другим набором генов, с другим составом крови, строением сознания. С энергетической точки зрения мы с вами вообще очень разные.
— Я это прекрасно понимаю, — кивнул мужчина. — Но мы в любом случае не станем сворачивать свои исследования. Тем более что мы почти нашли выход из сложившейся ситуации с порталами. Скажу больше, — он тоже опёрся на подлокотник, зеркально повторив позу Димария. — Наши учёные нашли средство, которое с большой долей вероятности может помочь заглушить негативное излучение от портала.
— И что же это? — поинтересовался Дим.
— Мы полагаем, что это — кровь мага.
— Кровь?! — удивился Димарий и почему-то с опаской посмотрел на сидящую рядом Амитерию. — И я верно понимаю, от меня вам нужна именно она?
— Да, Ваше Высочество. Как раз в этом и состоит наше предложение, — подтвердил Эванс и тут же резюмировал: — Мы готовы отказаться от исследования Аргаллы, готовы делиться с вами всеми наработками по части освоения других миров, а взамен нам нужно немного вашей крови… для исследования. Всего лишь.
Но Димарий только устало выдохнул и медленно покачал головой.
— Простите, господин Эванс, но я не могу на это согласиться. И даже не потому, что мне как-то особенно дорога каждая капля моей крови. Нет, дело в другом.
— И в чём же?
— В том, что я уверен — людям не стоит использовать эти порталы. Хотите исследований — так у вас есть те, кто может переместиться в другой мир. Те же эргонцы. Уверен, с некоторыми из них вы сможете договориться, — он бросил красноречивый взгляд в сторону ухмыльнувшегося Алтера и снова повернулся к руководителю «Чёрного Тритона». — Я вам помогать не стану.
— В общем-то, — встрял Алтер, фактически перебивая Эванса и не позволяя тому продолжить уговоры, — Я был уверен, что вы ответите именно так. Потому рискну выдвинуть ещё одно предложение. Вы отдаёте нам свою кровь… немного. Думаю, около ста миллилитров будет для начала достаточно. И тогда восемь эргонских мастеров вместе с семьями сразу же возвращаются домой. Живые и невредимые.
Дим выпрямился и повернулся к сидящему рядом Эверио. Но тот смотрел только на Алтера. Зло, пристально, словно пытался убить одним взглядом. А потом спросил:
— Почему только восемь?
— Потому что, Рио, твоего брата, невестку и племянника я намерен обменять, — ровным тоном бросил Снежный.
— На что? — вступил в разговор Литсери.
— Скорее, «на кого», — ухмыльнулся Алтер. И, снова обратившись к Рио, ответил: — Мне нужен Авердим.
При звучании этого имени сидящая рядом с Алтером Эмма вздрогнула и заозиралась по сторонам. Она вглядывалась в лица присутствующих, словно пытаясь найти среди них одно единственное важное.
Она искала сына и… не находила.
— Нет, — ответил Рио, сложив руки в замок. — Сам он на такое не пойдёт, а вынуждать я его не стану. Он ушёл от тебя. Это было его решение.
— Глупо, Рио. Я всё равно заставлю его вернуться. Сейчас или чуть позже. А твой брат долго не протянет. И, кстати, я не сказал? Его сынишка болеет. Чем — не знаю. Человеческие врачи ему помочь не в силах, а целителей я к нему не пущу. Чахнет малыш с каждым днём.
Эверио сжал пальцы в кулак и отвёл взгляд в сторону. Он бы многое сейчас сказал Алтеру, но всё же заставил себя смолчать.
— Думай, Рио. Ты можешь спасти три жизни своих родственников. За это я прошу сущую малость: сделай так, чтобы Авердим вернулся под моё крыло. В тот день, когда он принесёт мне клятву верности, твоих родных отпустят.
Но в ответ Эверио только холодно усмехнулся и поднялся на ноги.
— Мы вас поняли, — бросил он, переводя ледяной взгляд с Алтера на Эванса. — О принятых решениях сообщим позже. А сейчас, господа, прошу считать встречу законченной. Она была… познавательной. — Затем повернулся к матери Авера, которая теперь смотрела на него более осмысленным взглядом, чем в начале встречи. — Эмма. Ваш сын вас любит. Он помнит о вас. Просто пока не может прийти.
