— Лишь легенда: один юноша, который был слишком ленив, чтобы работать, пас коз в горах, одно животное отбилось от стада, он пошел за ней и упал в яму, в стенах которой увидел много темных странных камней. Ему показалось, что они достойны его внимания. Взяв несколько, он выбрался из ямы (как ему это удалось, я не знаю) и погнал свое стадо в деревню. Там он показал свои камни жрецам, но те отмахнулись и подняли его на смех. Ночью к ним явился сам Создатель, который попенял жрецам за их недоверие и сказал, что эти камни — его кровь. Она пролилась в тот момент, когда он, желая познать мудрость мира, выколол себе один глаз и повис на дереве вниз головой. На следующий день жрецы покаялись перед пастухом, приняли его в свои ряды, и тот отвел их к яме, чтобы они набрали камней. Ночью к жрецам опять явился Создатель и подарил им свои познания о магии. С тех пор магия властвует в нашем мире, — Рой замолчал. Я еще несколько секунд смотрела на него, очарованная мягким тембром его голоса.
— И что же случилось потом? — невольно спросила я, видя, что он не хочет продолжать.
— Темные века. Схоластические рассуждения — добро ли магия или зло. Сожжение на кострах тех, кто был неугоден власти… мы потеряли очень много знаний, в том числе — и как искать залежи хрусталя…
— А вы не пробовали?.. — я с любопытством посмотрела на колонну. Граф рассмеялся, совершенно верно истолковав мой взгляд:
— Нет, отсюда его достать невозможно. Тем более, если в хрустале хранится магическое заклинание, то заменить его на другое невозможно.
— И что хранится в этих стенах? Какая магия?
— Древняя очень мощная магия, защищающая жрецов. Именно поэтому я и приказал переночевать здесь.
— Но вы же не жрец!
— По матери я принадлежу к древнему роду жрецов. Стены защищают меня и моих спутников, — Рой весело взглянул на меня. Я еще раз посмотрела на мерцающие в глубине колонн искры, затем на мужчину, стоящего рядом.
— Зачем вы убедили д’ореза жениться на принцессе? — вопрос вырвался сам собой. Граф задумался, затем пожал плечами:
— Его не надо было убеждать. Это была любовь с первого взгляда… так что… — Рой позволил себе усмехнуться, — я сделал больше: я убедил совет.
И, видя, что я не понимаю, пояснил:
— Согласно закону, наш д’орез не имеет право жениться на иностранке без одобрения совета. Старый закон, но он был как нельзя на руку нескольким семьям, имеющим дочерей на выданье. Пришлось проявить чудеса дипломатии.
— И почему я не сомневаюсь, что вам все удалось? — пробурчала я. он улыбнулся:
— Наверное, потому, что в глубине души вы в меня верите?
— Вы себе льстите. Я просто считаю вас бессовестным интриганом, — я невольно улыбнулась в ответ и с трудом подавила зевок. Рой все равно это заметил.
— Идите спать, — мягко посоветовал он, едва заметно касаясь моей руки, — сегодня вас никто не побеспокоит, даю слово.
Я кивнула и послушно направилась к шатру, мысленно готовясь к бессонной ночи. Удивительно, но после этой беседы, я уснула, как только моя голова коснулась подушки.
Далия разбудила меня, как только я зарыла глаза, во всяком случае, мне так показалось. Судя по шуму, раздававшемуся за полотняной стеной шатра, лагерь сворачивали. Мы привели себя в порядок и вышли, позволяя свернуть шатер и погрузить весь нехитрый скарб на вьючных лошадей.
Наскоро собравшись, мы выехали еще до рассвета, намереваясь пройти как можно больше до того времени, когда солнце заявит свои права, превращая землю вокруг в пекло. В рассветных сумерках все вокруг казалось каким-то нереальным: туман, скапливавшийся в низинах, высаженные в линию высокие деревья, напоминавшие кипарисы и служившие границами наделов, неровные силуэты гор, высившихся вдали.
Темное небо вдруг стало фиолетовым, затем красным, затем — огненно-золотым. В какой-то момент стало казаться, что облака буквально понеслись по небу, пытаясь убежать от яркого солнца, выкатывающегося из-за горизонта. Туман медленно уползал в лощины.
Яркий диск взлетал все выше и выше, и скоро воздух вновь стал раскаленным, как и вчера. Пыль от дороги вздымалась столбом, чтобы осесть на одежде, она липла к коже, скатываясь с капельками пота некрасивыми серыми разводами.
— Неужели здесь не бывает дождей? — вопрос был, скорее, риторическим.
— Бывают, но редко, — Боневенунто поравнялся со мной.
— И как же здесь все растет?
— Среди холмов много ручьев, да и выращивают здесь в основном то, что может выдержать засуху, — прищурившись, он посмотрел на солнце, — День будет жарким.
Я очередной раз вытерла лоб рукавом, мечтая лишь о том, чтобы мы остановились, но граф неумолимо гнал нас всех вперед. Оставалось только стиснуть зубы и следовать за золотым конем, так легко летевшем над дорогой.
