– Чего ты ржёшь? Европейцы наше государство называли исключительно Московией, а само слово «Русь» впервые упоминается именно с приставкой Киевская. В название белорусов тоже входит корень «рус», а до этого они назывались литвинами или русинами. Русей было много: Белая, Чёрная, Красная и прочие Великия и Малыя, как в полном титуле русского царя их перечисляли. Есть версия, что эти названия происходят от цветовой аналогии к сторонам света: красная – это Юг, чёрная – Север, потому что там темно. По другой версии Белая Русь означает «чистая», потому что её не коснулась зависимость от татарских ханов. Чёрной Русью называли русские земли под властью Великого княжества Литовского и Речи Посполитой. Красная Русь – это Галиция, историческая область на западе современной Украины и востоке Польши. Название «Украина» появилось только в шестнадцатом веке, когда славяне значительно сместились на восток и прежний центр стал окраиной. Ну, вот так получилось, что оттуда мы пошли, и не было тогда ни русских, ни украинцев, а были просто восточные славяне – огромный этнос, который стал делиться только к десятому веку. И видимо, этот процесс до сих пор продолжается. Это трагедия простых людей, когда по ним режут, как по живому, отделяют одну часть от другой, потому что политики не сошлись характерами. Глупо сейчас возвращать или требовать исторические территории, перемещать народы туда-сюда – у нас и так земли нахапано до Камчатки. Надо жить сегодняшним днём и решать насущные проблемы, а не ковыряться в карте, кому тот или иной клочок земли должен принадлежать. Центры тяжести в мире постоянно меняются, в тринадцатом веке к мировому господству стремилось Монгольское государство, а где оно там сейчас – не каждый на глобусе найдёт. Я не считаю, что расширять свои владения – это плохо, но наша стыдливая идеология почему-то скрывает тот факт, что Россия активно применяла политику захвата чужих земель, всё время оправдывается, как спасала какие-то братские народы от самих себя, да вот прихватила землицы по случаю. Например, американцы не скрывают, что фактически отвоевали свои Штаты у коренного населения, перемочили всех нафиг. У англичан и французов полмира ходило в колониях, от которых они в конце концов отказались. Потому что это трудно – землёй владеть. Земля ведь, как ребёнок, заботы требует, её обустраивать надо, обживать, защищать. А мы со своим патологическим комплексом вины каких только сказок ни придумаем, Ингерманландию в «исконно русские владения» готовы записать – да не была она никогда русской! Так получилось, что отбили от шведа – живите, развивайте, процветайте, а не оправдывайтесь, как гулящая жена, под утро пришедшая. Мы очень идеализируем войну, кучу фильмов снимаем, а надо проще к ней относиться. Ну, случилась она, и что ж теперь делать? Надо дальше жить, но наша закомплексованная идеология пытается всячески свои войны обелить и оправдать, чужие старается очернить и заклеймить, а любая война – это узаконенная преступность. И человек на ней привыкает к этому, ему начинает нравиться решать проблемы простым нажатием курка или ударом клинка. Именно поэтому после любой войны в обществе растёт преступность: ветераны возвращаются с фронта и непроизвольно переносят военные привычки в мирную жизнь. Любой участковый тебе скажет, что из ветеранов современных заварушек, какие Россия на рубеже веков вела, обычно получаются или хорошие бандиты, или те же менты, которых многие считают почти бандитами. Это достаточно тяжёлое явление нашей экономики и политики, но власть даёт наказ идеологии и пропаганде: вы их не трогайте, они святое дело выполняют – наши бездарные приказы. До сих пор в большом ходу сюжет: он воевал где-то под Кабулом или Гудермесом, а его невеста в это время поехала учиться в Москву и стала там валютной проституткой – секретарь Горкома Партии сманил красоту таку. Но герой вернётся и наваляет всем подлецам и мерзавцам, женится на этой валютной невесте и детишек родит – это с первой серии понятно, что остальные двести тридцать пять можно не смотреть. Доят эту тему уже третье десятилетие, «афганцев» иногда подменяют ветеранами Чечни, что вообще кощунство, потому что там большинство молодых парней было настолько сильно искалечено, что им не до аморов. Показано, что воин – это олицетворение справедливости, а в тылу обитают исключительно крысы, которые могут быть только проститутками или их сутенёрами, словно у бестолкового мирного населения других занятий нет. Честно говоря, не встречал таких историй в жизни, чтобы эти ребята ходили в женихах у подобной швали, там почему-то у всех неплохие семьи получились. Скорей всего, он не стал бы никому мстить за эту квашню, которая вместо учёбы загремела в бордель – такая везде себе на хвост проблем найдёт, а ему надёжный тыл нужен. Или сам бы её убил и получил условно по причине посттравматического синдрома. Из нашего поколения полно симпатичных девчонок и в Москве отучились, и в Ленинграде, вернулись, некоторые даже замуж там вышли и мужей сюда привезли, никто к ним ни с какими подлостями не подваливал. Или они не шлялись туда, где с этим подваливают. А теперь нам доказывают, что в столице только и дел, что буржуазию по части передка обслуживать. Любую доярку, каждую корову деревенскую в бордель запихнут – ну никак там без неё дело не идёт!
