- Тут главное, - так называемая гордость, а на самом деле гусиная гордыня. Если уж я лично ничего выдающегося не представляю, так хоть возвеличусь близостью к чему-то "великому"! Ты, эскимос, можешь спокойно жить в тундре холодной, знаешь и умеешь многое. Я не знаю и не могу, но я русский, а ты, - эскимос несчастный. Фу на тебя! Стадность, кондовость, позволяющие ничтожеству претендовать на величие. Так вот возникает противопоставление первобытного стадного "я" человеку непохожему, отличающемуся, превосходящему знаниями ли, силой ли, умением ли... А если уж одаренностью, то совсем... Нет ли тут влияния Рудры?
- Если бы мир делился на части только по такому признаку! - отозвался индус, - Привязка стремления к превосходству к национально-государственным основам, - почти вчерашний день. Теперь все чаще основа гордыни, - принадлежность к мощной организации. К группе. Лучше всего, если она имеет планетарное влияние. Войдя в нее, человек поднимается над массой, в нем крепнет убеждение в собственной исключительности, он готов править всеми, кто внизу и вне... Групповые идеи вытесняют личностное Я, вместе с национальными и прочими признаками. Одна иллюзия сменяет другую. И новая - не лучше прежней.
- Люди стремятся разделиться на группы, партии, кланы... Похоже, этого не избежать никому. Как же быть, чтобы не потерять самого себя в круговороте соперничества и борьбы? Капкан самоиллюзий.., - Тайменев говорил, безуспешно стараясь увидеть лицо индуса.
- Именно самоиллюзий. Не желающий попасть в капкан минует его. А стремление к удовольствиям, к максимальному наслаждению... Это сложный вопрос, самый сложный. Мы можем наметить только приблизительную схему...
- Как же я разберусь, где мои чувства верны, а где тянут в капкан? - озадаченно спросил Тайменев.
- Веды различают шесть видов злодеев: отравители, поджигатели, нападающие со смертоносным оружием, крадущие имущество, завладевающие чужой землей, похитители чужих жен. Избегай злодейства, стремись к милосердию.
- А если у меня работа такая, что во имя добра приходится и к оружию обращаться, и на убийство идти? И я убежден, что моя работа не злодейская, не служит принципу Рудры?
- Убрав с лица Земли потомка Рудры, ты не совершишь убийства. Ты лишь возвращаешь его туда, откуда он прибыл. Важно различать людей не по внешности, не по речи или поступку, а по его изначальной сути, неизменяемой и вечной.
- Вы требуете невозможного. Уметь такое, - быть больше, чем телепатом, - заметил Тайменев, - Хотелось бы чего-то достижимого...
- Следи за волосами, - непонятно сказал индус.
- Что значит "следи за волосами"! - не сдерживая раздраженного нетерпения, спросил Николай.
- Человек только тогда может считать себя образованным, когда он ознакомился с культурой всего Востока. Человек Запада, - половина человека. Йоги утверждают: на определенной ступени духовного совершенствования у человека появляется орган сверхчувственного постижения. Физически такое выражается в том, что он теряет волосы на макушке головы, а в том месте за счет расхождения костей черепа образуется отверстие. Раскрывается тысячелепестковый лотос. Достаточно, чтобы отличить его от носителя принципа Рудры.
- О, - разочарованно воскликнул Тайменев, - И жизни не хватит. А волосы все равно потеряешь. Не исключено, вместе с головой. Я много лет старался выйти на уровень аутогенной медитации, а не получилось. Научился только снимать стресс и напряжение.
- Верно. Пройти путь йога рожденному в обычной семье не дано. Но разве для человека одна дорога? Позволь напомнить слова Альберта Швейцера, - тут облако рассеялось, и Тайменев увидел молодое лицо с прикрытыми глазами, - Вот как он писал: "Обычно тот, кто достиг последнего знания и переживания непреходящего в преходящем, уже не снисходит до примитивных воззрений обыденного мышления и обычной религиозности. Он становится целиком и полностью мистиком. Обладая своим особым, идущим изнутри и направленным на внутреннее видением, он стоит над всяким внешним познанием". К кому из известных тебе людей могут относиться слова Швейцера?
Тайменев задумался не более чем на пару секунд.
- Только к нему! Теперь, кажется, я вижу его лучше.
Он не понимал, почему так и не назвал имени Тахара, как не произнес его за весь разговор и индус. Словно они на планете, где внешние черты, в том числе имя, не имеют никакого значения.
- Да! Духовное не имеет национальности, государственности, партийности. Дервиша можно назвать шерифом. Нет, ты вспомнил не то значение. Шериф означает благородный. Так называли потомков пророка Мухаммеда, духовных аристократов мусульманского мира. К ним из прошлого, а от них в будущее тянется преемственная линия передачи мистического знания, не выражаемого обычными словами. Линию передачи арабы называют иснад. Дервиш, - представитель этой линии. Я не знаю, есть ли у него ученик...
