- Дух тела, тело духа... Два слова в иных сочетаниях говорят о противоположностях. Как ни прикрывай, как ни кутай благовониями, дух тела омерзителен, - Тахар посмотрел в сторону ушедшего вертолета, - Тело духа невидимо земному зрению и подобно небесному свету... Настало время открыться. Я шейх племени Хамдан, пир благочестивого братства суфиев, исчезнувшего в пустынях лет и горах столетий. Но я не наби, не пророк. И не пристало мне решать судьбы людей. Да и годы мои требуют покоя, ждут того, кому передать то, что накоплено цепью учителей. Я вижу в тебе, Николай, своего последователя. Ты придешь ко мне... А пока прими то, что хотели иметь чужие люди. То, что вы именуете свитком Сулеймана...
Шейх Тахар протянул сверток Тайменеву, тот бережно принял его обеими руками, и безотчетно, во внутреннем порыве прижал к груди.
После того, сгорбившись, будто лишенный самой важной опоры в жизни, Тахар повернулся и направился к выходу из каменной крепости, освещенной загадочным светом, льющимся из скалы сверху.
Тайменев, а вслед за ним Пол и Хилария склонились вслед суфию в низком поклоне.
Николай вдруг увидел себя со стороны, глазами человека, знающего скрытое. Увидел, как он изменился с той минуты, когда познакомился с Брэйером, впервые увидел Хиларию. Он приобрел множество новых качеств, окреп физически и психически, научился тому, о чем и понятия не имел. И увидел, как ничтожно все приобретенное по сравнению с тем, что связано с истинными взлетами духа, с возможностями открытого сердца. Чтобы восполнить разрыв и достичь собственных вершин, обязательно нужен учитель. Индусы говорят: учитель приходит тогда, когда ученик готов.
Учитель пришел. Ученик склонился перед ним в готовности принять все то, что тот сочтет нужным...
Тахар скрылся в ночи, и медленно стал гаснуть чистый свет, исходящий от камня. Впереди ждал рассвет, предназначенный рассеять сине-красный туман.
Конец первой книги...
1
