– Кто такие? – прикрывая рот концом обмотанного вокруг головы старенького платка, испуганно спросила пожилая женщина.
– Путники из Тордизании. Можно войти на пару подзвонков?
– Ох, деточки, да заходите. Только у меня даже стульев нет.
– Мы можем по-агански, – успокоил ее Зак и, пригнувшись, шагнул в низкую комнатку.
Легко щелкнул пальцами, и на его легких туфлях возникли толстые белоснежные носки. Вызывающе высвечивая в полутьме комнатушки этой белизной, прошел к постеленному в переднем углу старенькому ковру и сел на него, поджав под себя ноги.
– А нам? – возмущенно протянула Анюся и вдруг заметила, что носки появились на всех.
Довольно хмыкнула и следом за Таном плюхнулась на ковер. Последним возле магов осторожно притулился Дик.
Женщина вынесла из-за занавески знакомый Дику кувшин со взваром и три старенькие пиалы.
– Девушка после попьет, – виновато развела руками. – У меня гостей не бывает.
Дик следил за тем, как маг медленно, со вкусом пьет водянистый взвар, и недоумевал. Ну отчего не сказать сразу, зачем пришли, нет, тянут время, чаи гоняют!
Но вслух возмущаться не решился: по довольному виду Файрулы было понятно, что такое знание аганского этикета старухе очень приятно.
– Прости нас, апа, за беспокойство, но мы очень торопимся, потому и пришли в неурочное время, – вежливо склонил голову Зак. – Весной ты помогла вот этому парню, и мы принесли свою благодарность. Будут ли у тебя пожелания? Я могу исполнить любое. Хочешь новый дом? Служанку? Ковры? Посуду? Продукты тебе с завтрашнего дня будут приносить, мы уже договорились. Что еще? Не стесняйся, говори.
– Сыночек, так он же все отработал, – растерялась старушка. – Весь огород мне вскопал. И грядки сделал, и семена посадил. Ничего не нужно. И продукты не надо, у меня все свое растет.
– Продуктами купец свой черный долг отдавать будет, поэтому бери все лучшее, не отказывайся, – предупредил маг, и женщина потрясенно охнула.
– А тебя мы подлечим. – Он подал женщине подушку, и та присела на нее, привычно подогнув под себя ноги.
Анюся даже позавидовала, глядя, как ловко сидит старуха. Сама ученица уже успела ногу отсидеть, хотя и села бочком.
Через несколько подзвонков, удобно уложив спящую женщину на подушки и плотно закрыв за собой дверь, компания топала на другой конец города.
– Теперь куда? – закинув за спину странно легкую суму, поинтересовался Дик.
Его спутники так же с любопытством уставились на старика.
– Того парня тут продали два раза, – коротко объяснил Зак.
– Совсем аганцы обнаглели! Надо с ними построже! – возмутился Танио.
– Так сейчас и сделаем. Этот его поймал и купцу за долг в двадцать медяков отдал.
– Скотина, – зло сплюнула Анюся. – Может, мне по нему жахнуть?
– Ну а толку-то? Поучись лучше у Зака, как надо наказывать, – назидательно поднял палец кудрявый лекарь.
– Пришли, – объявил лже-Гистон и решительно врезал кулаком по двери.
Этот аганец понял все сразу, едва приоткрыв дверь. Видно, скребла его нечистая совесть, раз рухнул ничком, увидев лица спокойно стоящих во дворе людей.
И жена его, выкатившая круглый живот из ведущей на женскую половину двери, тоже все сразу поняла. Побелела, закатила глаза и начала валиться в обморок.
Дик даже охнуть не успел, как кудрявый Тан оттолкнул Зака и махнул в ее сторону. А потом поднял руки, словно бережно держал на них что-то невидимое, и женщина, замедлив падение, мягко повисла в полуметре от пола на невидимом гамаке.
– Вставай, забери свою жену, – сквозь зубы проскрипел Зак, и хозяин дома, неуверенно приподняв голову, уставился на него непонимающе и недоверчиво.
– Долго ты тут валяться будешь? – сердито прикрикнул маг. – Иди отнеси женщину в дом, твое счастье, что она ребенка ждет.
Аганец, еще не веря, что остался жив, шустро вскочил и, подхватив с невидимого ложа почти невесомое тело, бегом унес в распахнутую дверь, из которой с любопытством и ужасом выглядывали черные глазенки двоих детей.
– Иди сюда, – поманил того, что постарше, Зак, входя в комнату.
Дик невольно отметил про себя, что белых носков на их обуви в этот раз не появилось, и садиться никто тоже не стал.
Маг достал из кармана две неизвестно откуда взявшиеся там конфеты, отдал малышу, наказав поделиться с братом, и отправил детей в спальню.
Вернувшийся хозяин, виновато опустив голову, безропотно ждал приговора.
Зак, читавший его сознание, как раскрытую книгу, досадливо поморщился. Ну что можно сделать с людьми, которых жизнь сунула в такую отчаянную бедность, что за возможность получить несколько медяков они готовы походя лишить свободы незнакомого человека? Причем отлично зная, что тех, кто преступил закон, запрещающий наносить тордизанцам даже малейший вред, ждет суровое наказание.
И все равно наивно понадеялся, что маги не проведают про его проступок.
А у Зака даже рука не поднималась строго наказать этого дурака. Живет честным трудом, еле концы с концами сводит, и детей трое, старший, мальчишка десяти лет, уже в учениках у гончара ходит. Так еще и четвертый на подходе. Как только Тан успел ее поймать, а не то пришлось бы сейчас лечить.
