Даже припомнить трудно, когда еще Сейден разговаривал с ней таким тоном. Она почти забыла, что он может быть непреклонным, если дело касается интересов семьи и вопросов чести. Но что хуже всего, в глубине души Каруна понимала: Сейден абсолютно прав. Конечно, Хабер попросил никому не разглашать те сведения, что он собирался сообщить, но забыл предупредить, что речь идет о планах ковена в отношении их собственного сына.
– Лучше я нарушу клятву, данную главе ковена, чем потеряю уважение собственного сына, – непререкаемым тоном заявил Сейден, и Каруна поняла: дальше спорить бесполезно.
Да и не хотелось ей этого делать, по правде говоря. Слишком живо представлялось, как застынут презрительные льдинки в глазах сына, когда он узнает о заговоре родителей с главой ковена. Нет, испытать на себе его насмешливую ярость ей пока не довелось, так ведь и того, что со стороны наблюдала, хватило с лихвой.
– Ну, тогда и говорить больше не о чем. Утром ему и расскажем, – вздохнула она, с облегчением принимая сторону мужа.
Все-таки как приятно, когда рядом с тобой человек, который может в трудной ситуации взять решение спорного вопроса на свои крепкие плечи. И не придется мучиться сомнениями, правильный ли выбор ты сделала, не надо ломать голову над объяснениями и доказательствами. Нужно просто довериться и знать: даже если позже окажется, что решение было неверным, никто не произнесет ни слова в упрек и не бросит укоризненного взгляда.
Зак, усмехнувшись, вернул на шею амулет и встал с кресла. Подслушанный с помощью сторожки разговор немного успокоил и даже чуть повеселил. Значит, правильно он почувствовал, что была у Хабера веская причина заметать следы. Не зря столько времени на подставных свидетелей потратил. Наверняка и объяснений достоверных кучу заготовил. Тот еще интриган. Только недооценил честность отца и родительскую любовь. Думал, хватит взятой с них клятвы. Или надеялся, что придуманный им вариант окажется ненужным. Следовательно, подозревал что-то очень нехорошее. И был заранее уверен, что Заку отведенное в этой истории место очень не понравится. Или его ждет не место, а жертва? Чем же он должен пожертвовать ради блага ковена? Натой? Ну уж нет, от Наты он ни за что не откажется, и это должно быть всем известно. Страной? Так ведь для него благо ковена и заключается в пользе для страны.
Он для себя давно все продумал и решил. Пока ковен делает все, чтобы люди родного королевства жили спокойно и безбедно, он, Зак, готов на любую работу. Нужно ловить дикарей – будет ловить. Нужно танцевать – будет танцевать. Нужно провожать в Кизард иномирянок – сделает и это. Да и вообще что угодно. Так что же еще заготовил ему глава Совета? Впрочем, нет смысла гадать. Уже утром узнает.
Зак открыл дверь в свою комнату и сразу наткнулся на встречающий его встревоженный взгляд жены. Кинулся к ней, сжал в объятиях. Как он мог забыть, что она тоже переживает за последствия его переговоров с родителями?!
– Все хорошо, успокойся, родная. Тебе нельзя так волноваться, – изредка отрываясь от столь долгожданных губ, бормотал он.
Утро было таким ясным и солнечным, что Заку никак не хотелось верить, что где-то бушует шторм, бросая на хрупкий кораблик озверевшие волны. Однако Жуним никакой весточки о смене погоды пока не прислал, следовательно, нужно заняться неотложными делами.
Осторожно прикрыв дверь, чтобы не разбудить сладко спящую Нату, маг направился прежде всего в комнату спасенного иномирянина. Оказалось, что Дик уже сидит у постели друга, хотя Зак сам с вечера отправил его отдыхать. И даже послал вдогонку легкое сонное заклятие, чтобы не шастал по дому среди ночи.
– Ну и что ты делаешь тут в такую рань? – недовольно хмыкнул маг, проходя к кровати и привычным жестом кладя руку на грудь спящего.
Все хорошо, даже внутренние рубцы на сращенных ребрах уже рассосались. Осталось добавить немного энергии, и через пару звонов проснется совершенно здоровым.
– У вас сутки длиннее наших. Я выспался, – спокойно отозвался Дик. – А вставать рано меня в армии приучили. Вот и пришел сюда. Чтобы он не испугался, если один очнется.
– Я добавил ему пару звонов сна, поэтому можешь не волноваться. Пойдем позавтракаем, потом, если захочешь, снова сюда придешь. Только не забудь меня позвать, когда он проснется, – предупредил маг, распахивая дверь в коридор.
