– Да, тебя никто не станет задерживать, – спокойно ответил жрец.
– Но вы не боитесь, что я могу донести на вас?
– Нет. Ведь ты этого не сделаешь, Ахилл. Я могу видеть в душах людей.
Ахилл спросил:
– И что ты видишь в моей душе, жрец?
– Тьму, – был ответ. – Она уже поглотила свет. И потому доносить ты не станешь.
Ахилл поклонился царевичу и вышел из покоев Мага…
***
Царевич был сам удивлен словами жреца.
– Ты отправил его? Зачем?
– Он больше не нужен!
– Но вчера ты говорил, что без него ничего не выйдет!
– Он передал то, что должен был передать. Более его помощь нам не нужна. Пусть не мешает. Это все, что от него требуется.
– Но чем он мог бы помешать? – спросил Мага.
– Предать, – коротко ответил жрец.
– Предать? Но ты сказал, что уверен, что он не предаст.
– Теперь да. Но раньше – нет.
– Я обещал ему Арсиною!
– Я это знаю, – сказал жрец. – Но этот военачальник способен на поступок. И он может сам взять то, что ему нравится. Этим он опасен.
– Тогда зачем его отпустили? Возможно, мертвый он был бы лучше.
– Нет. Он еще нужен живым.
– Это большой риск.
– Я ведь не обманывал тебя, царевич. И все, что я говорил, всегда осуществляюсь. Или нет?
– Все так, но…
Жрец перебил царевича:
– И потому мы начнем уже завтра.
– Начнем?
– Начнем твой путь к короне Египта!
– Но завтра? – удивился Мага. – Так скоро?
– Не стоит оттягивать, царевич. Завтра Птолемей умрет, а ты станешь новым царем.
– Еще ничего не готово!
– Все решат в этом деле не стражники и воины. Они лишь слепые орудия в руках высших…
***
Александрия Египетская и иные места.
Ахилл и Арсиноя.
В последнее время Ахилл любил уединение. Слуги по приказу господина никого не пускали к нему. Тимар следил за покоями Ахилла лично, и там все было устроено для удобства молодого военачальника. На столе папирусы и два светильника, при необходимости дававшие достаточно света. Кувшин пальмового вина и холодное финиковое пиво, фрукты в чаше из литого серебра. Кровать была накрыта шитым покрывалом и по углам комнаты в бронзовых треногах курились благовония.
Здесь он иногда принимал женщин. В доме их было много. Так повелось еще при отце Ахилла философе Диокле. Любил старый поклонник Платона и Аристотеля молодые и красивые тела. Он собирал их совсем не для плотской близости, а просто хотел уберечь красавиц от опасности попасть к содержателям публичных домов. Ахилл ничего не стал менять в доме и потому управитель по-прежнему покупал красивых рабынь при случае. Но попасть в спальню хозяина они просто так не могли, хотя многие из них желали этого. Таксиарх Золотой стражи был красив и женщины не обделяли его своим вниманием.
Но сейчас Ахилл желал быть один. Он вошел к себе и собирался лечь на кровать. Спать не хотелось, и он бы просто лежал, смотря на звезды сквозь окно.
Однако в комнате на его кровати лежала обнаженная женщина. В лунных лучах, прорывавшихся сквозь окно, серебрилось её совершенное тело.
Женщина? В этот час? Кто она? Рабыня? Если да, то, как посмела без разрешения? А если она гостья? Тогда кто пустил её в покои господина дома?
Он спросил:
– Кто здесь?
Женщина нисколько не смущалась своей наготы. Она засмеялась.
Ахилл стал сердиться:
– Кто посмел? Я не отдавал приказа!
– Не стоит кричать, Ахилл. Я пришла сама.
– Ты рабыня в моем доме?
Она засмеялась снова.
– Неужели я так изменилась за эти годы?
– Изменилась? Кто ты?
– Сделай шаг ко мне и узнаешь.
Ахилл подошел ближе и увидел, что это сама Арсиноя! Красивейшая женщина Египта, дочь и сестра царя!
– Арсиноя!
– Это я, Ахилл!
– Как ты попала сюда?
– Не стоит задавать лишних вопросов. Иди ко мне.
Он скинул хитон и пошел к женщине, которая влекла его больше жизни. Он снова овладел ей и в течение следующего часа они не произнесли ни слова.
Только затем, утомленная любовью, она, откинувшись на кровати, произнесла:
– Это просто чудо!
– Чудо! – согласился он. – Ты в моей кровати.
– В твоей? Опомнись, Ахилл.
– Но это ты в моем доме, Арсиноя.
– Нет, – она засмеялась.
– Что значит «нет», Арсиноя? Я вернулся к себе и нашел в моей постели тебя.
– Я не в твоей кровати. Посмотри вокруг.
Ахилл осмотрелся и понял, что она права. Он не в своей спальне! Это было совершенно чужое помещение. Высокие стены и колонны совсем не те, что в его небольшой по размеру комнате. В полумраке видна яркая роспись стен. И мебель иная более громоздкая и помпезная – ложе на ножках в виде звериных лап, тяжелые табуреты и столы с инкрустацией.
– Что это? Я ведь был в своем доме!
– Я также. Но затем явился жрец Осириса и предложил мне тебя.
– Жрец?
– Да. Его имя Сонхис. Он спросил, не захочу ли я заняться с тобой любовью? Я ответила, что готова. И вот мы здесь. И потому я сказала – чудо!
– Ты хочешь сказать – нам это снится?
– А разве это похоже на сон?
Он соскочил с кровати и вдруг увидел свое отражение в большом бронзовом зеркале. Он снова стал собой. Перед ним в отражении – прежний Ахилл!
– О боги! – вскричал он. – Я снова стал самим собой!
– Ты о чем? – не поняла она его.
– Я снова тот, каким был до моего ранения, Арсиноя! Я вернул себе свое тело.
