Я потрясено смотрю на него, а затем смотрю еще немного, пока он терпеливо ждет, когда я закончу.
Я не могу. Это безумие, но все же…
— Я пожалею об этом, ты сумасшедший, но ладно. Да, я выйду за тебя замуж.
Он подхватывает меня и перекидывает через плечо, заставляя меня громко смеяться, когда он тащит меня в спальню, как пещерный человек, которым он и является.
— Я не разговариваю с тобой, — шипит Айви, когда я провожу пальцами по ее бедру. Она отворачивает от меня голову и с раздражением смотрит в окно самолета.
Кензо фыркает на нас обоих, прежде чем отстегнуть ремень безопасности и направиться в переднюю часть самолета, где тихо похрапывает Пит.
— Ты сказала, что выйдешь за меня замуж, — напоминаю я, мои губы подергиваются вместе с моим членом от ее отношения.
— Я имела в виду через год или около того. После того, как мы потратим некоторое время на планирование этого и узнаем друг друга лучше. Не прямо сейчас.
— Ты любишь меня?
Она резко поворачивает голову и рычит на меня: — Ты знаешь, что люблю, иначе я бы уже выбросила тебя из самолета.
Расстегнув ее ремень безопасности, я сажаю ее к себе на колени и крепко держу, пока она извивается.
— Мне нужно трахнуть тебя снова?
— Нет! Мне нужно, чтобы ты, черт возьми, остыл. Все движется с огромной скоростью, и это выводит меня из себя.
Я чувствую, как бешено бьется ее сердце, как трепещущая птичка, запертая в клетке.
— Айви, я отказываюсь прожить еще один день без того, чтобы ты не носила мое кольцо или фамилию. Я хочу, чтобы весь мир знал, что ты моя.
— Мне не нужно, чтобы эти вещи были твоими, Атлас. Я уже принадлежу тебе. Но разве ты не видишь, у нас не было времени купить те кольца, о которых ты говоришь, или у тебя не было времени составить брачный контракт, или… — я целую ее, потому что это самый простой способ заставить ее замолчать, и потому что, если я слишком долго не пробую ее вкус, я начинаю сходить с ума, как наркоман, ищущий свою следующую дозу.
— Мне не нужно, чтобы ты подписывала брачный контракт. То, что принадлежит мне, принадлежит и тебе.
Я бы все равно никогда не позволил ей уйти от меня. Брак — это на всю жизнь. Единственный выход — смерть.
— Что касается твоего кольца, ты знаешь меня лучше, чем это, — я качаю головой. Кольцо было у меня с самого начала, мне просто нужно было дождаться подходящего момента, чтобы сделать свой ход.
— Атлас, — она раздраженно вздыхает, но я чувствую, что она сдается.
— Должно ли все быть борьбой между нами?
— По-видимому, да, — она слегка смеется, кладя голову мне на плечо. — Прекрасно. Ты победил. Надеюсь, твое кольцо на моем пальце немного успокоит твое сумасшествие.
— Не рассчитывай на это, сладкая. Когда дело касается тебя, я теряю свой гребаный рассудок.
— А как насчет твоей семьи? — она напрягается, когда поднимает голову, и я знаю, что это потому, что она думает о моем отце.
Если бы дерьмо не обернулось так, как оно обернулось, он был бы на моей стороне.
— Единственный человек, который мне нужен, это ты, — говорю я ей честно. Мы с отцом и раньше ссорились, но нам всегда удавалось уладить это дерьмо, прежде чем оно перерастало в то, чего ни один из нас не мог простить. До сих пор.
Айви проскользнула в трещины наших отношений и расширила пропасть. Пока она жива, она всегда будет отвлекать мое внимание, что моему отцу будет ненавистно.
Это еще одна причина, по которой я хочу, чтобы у нее на пальце было мое кольцо. Наш брак обеспечивает ей уровень защиты, которого у нее нет как у моей девушки.
— А как насчет тебя? Ты могла бы пригласить кого-нибудь. Я знаю, что это было в последнюю минуту, но в этом прелесть частного самолета. — я подмигиваю, когда она откидывается назад и смотрит на меня, сдувая прядь волос с лица.
— Оба моих родителя были единственными детьми. Родители моего отца умерли до моего рождения, а родители моей мамы умерли, когда я была еще маленькой. Нас всегда было только трое, пока они не умерли, — она вздыхает. — Работая на двух работах означает отсутствие времени на то, чтобы заводить друзей вне работы, а друзья, которые у меня были на работе… ну…
— Ну, что?
Она пожимает плечами: — Думаю, они в конце концов, не были настоящими друзьями. Марвин ушел, даже не попрощавшись. Я ничего не слышала о Джессике с тех пор, как меня уволили из «Дрифт», и я видела, как все смотрели на меня вчера во «Флекс». Ни один человек не вступился за меня. Они осудили меня, не потрудившись выяснить правду. Я заслуживаю большего.
— У тебя есть я, — говорю я ей, и это правда. Я — все, что ей нужно. Это всегда было частью моего плана отдалить ее от всех остальных, потому что я не хочу делиться ею. Но если бы кому-то из них действительно было не все равно, они бы не сделали это так просто.
— А у меня есть Кензо и Пит.
Она улыбается: — Действительно.
