– Оставим это решение на крайний случай. Я помогу тебе. Возможно, справиться с внушением Кела не получилось, потому что я недостаточно его разогрела. Но командор мне не брат и его здоровье меня не волнует. Обещаю, я обеспечу командору мучение несравнимые с переломом.
Йен тихо рассмеялся, заставив меня замолчать. Он сидел спиной к окну и слабый свет, проникавший внутрь, сквозь приоткрытые створки и распахнутые шторы, окутывал его фигуру, путался в волосах и надежно скрывал в полумраке лицо. Я видела только глаза, светящиеся в темноте. Это очень мешало.
– Я сказала что-то смешное?
Он покачал головой.
– Мне нравится, когда ты такая безжалостная.
– Я ведь серьезно. Перелом ноги – слишком заметная травма, лучше будет ее избежать. А я…
– Это опасно.
На секунду мне показалось, что я ослышалась, но когда переспросила, Йес сказал то же самое.
– Это опасно. Даже если мы сумеем как-то проникнуть в дом командора и застанем его спящим, а с моим уровнем хоть как-то воздействовать на чужое сознание я смогу при условии, что человек находится в бессознательном состоянии… так вот, Шани, даже если мы сумеем выполнить все условия, всегда есть шанс, что человек проснется раньше, чем я завершу воздействие. И если это случится, меня, как наследника герцога Оркена накажут не слишком сильно. Но о том, что сделают с тобой я не хочу даже думать. Командор уже тебя подозревает.
Именно это и было главной причиной, из-за которой мы должны были хотя бы попытаться заставить командора с нами сотрудничать. Он обладал внушительными человеческими ресурсами, он мог узнать почти все что угодно. И отыскать почти кого угодно.
Из него получился бы крайне полезный союзник.
– Поэтому мы и должны попытаться. Если ничего не предпринять, слежка за мной продолжится. Это все только усложнит.
Йен устало растер лицо. Он не хотел соглашаться, но и найти достойную причину, чтобы отказать не мог.
– У тебя есть какой-то план? – спросил он через неполную мину, сдаваясь на мою милость.
– Плана нет, но есть идея…
Йен слушал меня не перебивая. Иногда кивал.
Следить за командором пришлось Йену. Надсмотрщики, все так же занимавшие целый день столик в кофейне напротив, ограничивали мои возможности.
Пока я работала в пекарне и навещала по вечерам страдавшего от головных болей Кела, Йен изучал расписание нашей жертвы. И успевал заниматься своими делами. Об этом я узнала благодаря ежедневной газете – «Ваш Вестник», которую по утрам можно было купить за пол медяка.
Прижимистая Несс купила себе один экземпляр, заинтригованная скандальным заголовком. Качество печати Вестника оставляло желать лучшего. Смазанные буквы на сероватой бумаге обещали раскрыть все грязные тайны личной жизни некоего маркиза Оркена – младшего брата влиятельного и многоуважаемого герцога Оркена.
«Смертельный адюльтер. Последний вздох маркиза Оркена в объятиях куртизанки», гласил заголовок.
После того, как единственный сын и наследник герцога Оркена, вместе с семьей погибли при загадочных обстоятельствах, главным подозреваемым стал скандальный маркиз. Доказать его причастность к трагедии не удалось, но отношение общества к нему сильно ухудшилось. Из-за буйного нрава, несдержанности и заносчивости, маркиз часто становился главным героем скандалов. Поэтому никто даже не усомнился, что именно он стоит за гибелью юного Оркена. И сейчас, новость о его позорной смерти, многим казалась наказанием за былые грехи.
Лисса заглянула Несс через плечо, прочитала заголовок и вырвала газету из ее рук. Увернулась, когда Несса попыталась вернуть свое.
– Отдай!
Требование было проигнорировано. Быстро скользя взглядом по строчкам, Лисса присвистнула:
– Этому маркизу же лет сто, зачем ему целых три девушки в постели?
Несса все же смогла отобрать газету, встряхнула ее и строго произнесла:
– Мала еще, чтобы знать.
– Ты старше меня всего-то на два года, – фыркнула Лисса. Зимой ей исполнилось восемнадцать – она уже давно считалась совершеннолетней. И дважды успела со скандалом отвергнуть сватовство завидных, по меркам деревни, где жили ее родители, женихов.
Я, как самая старшая, скромно молчала, тихо поражаясь жестокости герцога и изобретательности Йена. Маркиза Оркена не просто убили, но еще и опозорили, прославив как безудержного, престарелого развратника.
Неверность маркиза стала главной темой дня. Об этом сплетничали постоянные покупательницы с разговорчивой Лиссой, и не постоянные – между собой, в ожидании своего заказа.
Ближе к вечеру в пекарню заглянули две леди – младшие дочери не самых влиятельных домов. Несса была уверена, что им, из-за низкого статуса, редко доводилось выходить в свет и посещения балов, званых ужинов или чаепитий, юные леди заменяли прогулками по кофейням и ресторациям столицы. И даже эти леди, изящно лакомясь десертами, тихо обсуждали недавние новости, смущенно хихикая и опасливо поглядывая по сторонам.