— Чучело какое, — пробормотал Даниэль, когда они прошли мимо.
За пришельцами проследовали предельно озабоченные Эдик и Фаина. От внутреннего напряжения они выглядели не столь впечатляюще, как раньше.
— Тихо, тихо, — остановила Даниэля Зинаида Васильевна. — Сейчас я попробую поговорить с народом…
— Ну хватит ковыряться! — снова начал понукать Дворняшин и стал вытаскивать их вещи.
Зинаида Васильевна увидела на другой стороне коридора за спиной автоматчика несколько человек — кто в майке, кто в пижаме — внимательно наблюдающих за ними. Она решилась.
— Граждане! Господа! Товарищи! Помогите! Нас похитили пришельцы с какой-то ужасной планеты! И вот эти примкнувшие к ним бандиты! — она показала на Дворняшина. — Главари поджидают нас около вагона! А этот здесь стоит! Они хотят нас уничтожить, а потом улететь к себе в Страну! Помогите! — умоляюще произнесла Зинаида Васильевна. — Главный у них тот, который только что вышел, длинный, в пыльнике!
Люди на той стороне вагона застыли с заинтересованными лицами. Три странных человека — совсем молодой, стриженный под ноль парень в телогрейке, девушка в черных матросских клешах и растрепанная пожилая женщина — смотрели на них во все глаза. Дворняшин широко улыбнулся, снисходительно развел руками:
— Ничего не поделаешь, граждане, больные люди! У них все бандиты или пришельцы! Других нету!
Пассажиры понимающе переглянулись. Зинаида Васильевна крикнула в отчаянье:
— Помогите! Я правду говорю! Сегодня вы не верите нам, но завтра могут похитить вас, и вам тоже никто не поверит!
Пассажиры молчали.
— А куда вы их везете? — спросил дядька в голубой майке и синих тренировочных штанах.
— В санаторий, — сочувственно сказал Дворняшин. — Мы думали, уже выздоравливают, но вчера они опять начали бредить.
— Спецохрана для них, — согласно кивая, сказал пассажир. — Небось, родственники начальства какого-нибудь.
— Вот именно, — многозначительно ответил Дворняшин. Он нагрузился сразу тремя рюкзаками и черной сумкой Даниэля. С доброй улыбкой стал подталкивать Зинаиду Васильевну к выходу. — А вы, молодежь, тоже поторопитесь!
— Отстань, сволочь! — не выдержала Зинаида Васильевна.
— Сами видите, — с жалостью сказал Дворняшин, обернувшись к пассажирам. — Устали, бедные, с дороги.
Пассажиры разбрелись по своим купе.
В вагон снова поднялся красавец Эдик. Его глаза смотрели на пленников с угрозой, но криво улыбающийся рот произносил участливые слова:
— Выходите, пожалуйста, у нас все готово. Осторожнее, здесь ступенечка. — Он заботливо поддержал Зинаиду Васильевну под руку.
Спустившись с перрона, пошли не к вокзалу, а прямо по путям в другую сторону, пока не подошли к большому закрытому автобусу с решетками на окнах. Стран, уже без кепки, без плаща и без очков, сидел рядом с водительским местом и глухо разговаривал по обычному мобильнику. Все услышали его последние слова: «Это важно, господин Муртага! Я не могу сейчас много говорить, но хотел бы объяснить вам мои соображения наедине. Уверен, что найду понимание…» Внезапно Стран замолчал. После паузы он ответил послушно: «Я понял вас, господин Муртага». Он выключил мобильник, на сером лице отражались несогласие и досада. Эдик и Фаина уже заталкивали пленников в автобус. Едва они разместились, Стран обернулся к ним всем своим уродливым несчастным лицом и негромко, но зло проговорил:
— Я вижу, вы все продолжаете в том же духе. Ну что ж, недолго осталось. Наденьте на них наручники.
Фаина приблизилась, гремя тремя парами наручников со словами: «А вот и браслетики!». Наручники защелкнулись, но пленникам это уже было неважно. С наручниками или без них, решение принято. Грустно переглянулись — они больше ничего не боялись. Дворняшин сел за руль, автобус тронулся.
По ухабам и рытвинам долго ехали вдоль нескончаемого леса. Пока не стемнело, за окном тянулся монотонный пейзаж. Безлюдье и непогода сопровождали их в течение всего пути. Иногда накрапывал дождик, и это даже развлекало. Если бы солнышко светило, возможно, настроение бы улучшилось, но унылая погода не располагала к разговорам. Это касалось не только пленников, но и тюремщиков. Каждый молчал о своем и даже не пытался общаться. Только Странна, единственная из всех, неотрывно смотрела в окно, ни разу не изменив позы. Казалось, она испытывает интерес к тому, что происходит за окном.
Когда стемнело, пленники так притомились, что им захотелось поскорее приехать, и чтобы все закончилось. Печальные мысли о ясном конце виделись после пережитого облегчением, а не трагедией. Зинаида Васильевна подумала с усмешкой: какая у нас светлая перспектива — вечный покой!
Наконец, высадились на ярко освещенной площадке, похожей на деревенское футбольное поле, огороженное рулонами колючей проволоки.
— Отлично подготовлено! — похвалил Стран, выглядевший зловеще, как и в первый день знакомства.
— Никто ничего с собой не берет! — приказала Фаина пленникам.
