— Выходит, вы его подменили, — грустно констатировал Стран. Голос его звучал глухо. — У меня, кстати, были сомнения, — продолжал он. — Я видел ваши вертолеты, даже заметил, что Дворняшин не столь гадок, как в начале нашего знакомства. Теперь понимаю, зачем он заменил пули в автомате. Но я полагал, что он так изменился после моего воздействия…
Стран замолчал. Его молчание висело в воздухе так долго, что все решили — он больше ничего не скажет. Но он заговорил:
— Однако я не придал должного значения всем фактам.
И снова замолк. Его признание было сделано почти весело. Но именно от деланной веселости в его механическом голосе неожиданно проявилась совершенно нестерпимая человеческая боль. Многие люди вокруг здания опустили головы.
— Я непростительно ошибся, — сказал Стран. — Ну что ж, теперь буду платить за все сразу!
— Да, господин Стран, вы ошиблись, — согласился с ним Хаузер. — Вы у нас на Земле часто ошибались. Вы недооценили нашу планету и ее жителей, даже самых обыкновенных. К нашей радости, вы действовали в духе заученных стереотипов. И я так счастлив, что Воскресова не сумела вас переубедить, хотя и пыталась. Иначе бы нам не удалось так легко вас нейтрализовать.
— А эти трое тоже агенты? — осторожно спросил Стран.
Среди слушателей послышался смех.
— Ну какие же они агенты! — снисходительно сказал Хаузер. — Они самые обыкновенные люди, «земели» из разных краев. С ними сейчас все хорошо. Ну стресс, конечно… Им пришлось много пережить из-за всех нас, они ведь в нашем деле не профессионалы.
Опять повисла долгая томительная пауза.
— Понятно, — сказал наконец Стран. Хаузер продолжал увещевать:
— Вы проиграли, господин Стран, и как представитель сверхрациональной планеты обязаны признать поражение. Вы должны капитулировать и плодотворно сотрудничать с победителями.
Стран засмеялся долгим скрипучим смехом. Наконец, он произнес:
— Теперь мне кажется, что вы меня недооцениваете, господин, не знаю уж, как ваше настоящее имя…
— Освальд Хаузер, — сказал Эдик.
— Вот-вот, господин Хаузер, я вынужден признать свое поражение и поздравляю вашу земную команду с победой.
— Спасибо, — скромно поблагодарил Хаузер. Все услышали, как приятна ему эта похвала.
— Но, — продолжал Стран, вернувшимся на мгновение твердым и ясным голосом, — после знакомства со мной вы тоже должны были понять, что ни один стран, даже самый простой, тем более такой как я — номерной, элитный, — никогда не сдается! Хаузер прореагировал на эти слова очень мягко:
— У вас нет выбора, Стран 10–46. У вас не осталось ресурсов даже для самоуничтожения.
— Вы чересчур самоуверенны! — перебил его Стран. — Сейчас вы увидите и услышите мой выбор!
Того, что произошло потом, никто не мог предвидеть. Внутри уродливого здания нарастало угрожающее гудение. Затем звук стал нестерпимо тонким, и люди у леса инстинктивно зажали уши. Освальд Хаузер с тревогой посмотрел на Закрёпова. Тот махнул рукой. Все присутствующие как будто ждали сигнала. Они побежали подальше в лес. Раздался взрыв. Он оказался не так силен. Здание хоть и осело, как неуклюжее животное, но не разлетелось на куски. В огромную пробоину в крыше вылетели прижатые друг к другу два огненных тела. Оба обнаженные, бесполые, со стоящими дыбом волосами. Люди в оцепенении смотрели на невероятное зрелище — горящие тела взлетели не прямо, а слегка распластавшись по диагонали. Их было хорошо видно. Багровое от огня тело Странны 1047 сгорело почти мгновенно и без остатка. Но металлическая фигура пришельца разваливалась в воздухе у всех на глазах. Расплавленные куски металла с шипением падали на землю. В черепе Страна, как в лампе, во всех головных отверстиях полыхал огонь. Освальд Хаузер произнес с огорчением:
— Опять не получилось!
— Упустили, — сокрушенно сказал стоящий рядом Закрёпов. — Вроде бы все на этот раз продумали…
Люди возвращались к скособоченному строению. К счастью, никого из них не задело. Они собирали в специальные мешки постепенно остывающие останки пришельца. Казалось, эта работа для них привычна. Хаузер и Закрёпов мрачно наблюдали.
— Не должно было у него остаться собственного эликсира! — чуть ли не рыдая воскликнул Хаузер. — А на нашем он бы никогда так не вылетел!
— Значит остался! — сказал Закрёпов. — Это уже третья неудача, Освальд! Мутантов подчиненных ловим, а их хозяев никак!
Хаузер обратился к приблизившейся к ним расстроенной почти до слез бывшей Фаине:
— Пойдем, Герда! Я не могу больше здесь торчать! Господи, ну почему так не везет! Три года готовились! Построили этот корабль! Они нашего Муртагу загубили, а мы ничего не можем противопоставить!
— Не переживай, — сжалился над ним Закрёпов. — Каждый раз мы чуть-чуть продвигаемся вперед.
Хаузер посмотрел на стоящую рядом обескураженную троицу. Теперь он был героем. Измученное лицо его не казалось столь плакатным, как раньше, и Зинаида Васильевна вспомнила, как он заслонил Шанталь телом от безудержного гнева пришельца.
— Да свидания, заложники, — сказал он без улыбки. И добавил, обратившись персонально к Даниэлю и Шанталь: — Вас обоих завтра отправят домой.
