— Да все уже там. Идемте потихоньку. Тоже, бедные, чуть не умерли, бежали, бежали! Еле-еле мы их поймали! Вы же все еще в наручниках, надо скорее их снимать! Пойдемте быстрее, Герда снимет!
Чем ближе они подходили к кораблю, тем ярче светили фонари. Все больше попадалось им навстречу людей, большинство из них было в военной форме.
— Ну, поймал? — спросил кто-то у спутника Зинаиды Васильевны.
— Поймал, — добродушно ответил он. — Такие оказались прыткие!
Среди переговаривающейся группы людей стояли обнявшись Шанталь и Даниэль. Они встретили ее радостными возгласами. Едва успели сообщить, что их тоже поймали, как к Зинаиде Васильевне приблизилась Фаина и сняла с нее наручники.
Почему-то Зинаида Васильевна не нашла ничего умнее, как спросить:
— Откуда вы знаете украинские песни?
Фаина протерла ей какой-то жидкостью шею там, где военный оторвал металлическую бляшку.
— Наши дедушки и бабушки жили в немецких колониях на Украине до самой войны, — сказала Фаина, — пока их не выслали. А потом мы уже у них научились. Сами-то мы жили в Средней Азии.
— В Казахстане?
— И в Казахстане тоже. Но и в Киргизии жили, во Фрунзе, участвовали там в художественной самодеятельности. — Фаина гордо добавила: — Получали первые места по Союзу.
— Вы здорово поете?
— Мы с Освальдом любим петь, — сказала Фаина и засмеялась.
Шанталь, Даниэль и Зинаида Васильевна тоже засмеялись, сами не зная почему. Люди вокруг негромко переговаривались и все время смотрели на корабль.
Все чего-то ждали. Вдруг из корабля раздался невероятный грохот. Строение закачалось, но устояло.
К ним приблизился Эдик, он был серьезен, едва кивнул Зинаиде Васильевне. Перед ним поставили микрофон. Второй взрыв прозвучал внутри корабля. Тросы, тянувшиеся от центрального куба, лопнули, зубчатое колесо рухнуло на землю. По радио прозвучала команда отойти от корабля на безопасное расстояние. Люди побежали назад, потом остановились у самого леса и завороженно смотрели на корабль. Один солдат тащил за Эдиком стойку с магнитофоном. От следующего взрыва погасли огни на крыше корабля, и он погрузился во тьму. Здание квадрата пока не повредилось. Остался только свет вокруг площадки. Ничто не напоминало недавнее праздничное великолепие корабля. Свисали рваные тросы вокруг черного уродливого бетонно-металлического куба.
К Эдику подбежал лейтенант и доложил, что идут сильнейшие сигналы в штабе, — это Стран пытается выйти на аварийную связь.
— Нет, это невозможно, — с облегчением сказал Эдик, — мы все предусмотрели. Он давно уже не мог нормально выйти на связь через лоб. Он поверил, что Рафаэль Муртага здесь. А уж на аварийку выйти от нашего грязного эликсира он никогда не сможет.
Следующий взрыв был слабее предыдущих, здание устояло. К микрофону подошел человек, которого недавние пленники тут же узнали. Это был «начальник поезда». Его физиономия выдавала сильное волнение. Он собрался с духом, и тут же загремело над всем пространством:
— Стран 10–46, с вами говорит начальник Российского отдела внеземной безопасности Закрёпов Рудольф Силыч! Предлагаю прекратить бессмысленное сопротивление, сдаться в плен и обсудить проблему дальнейшего совместного сотрудничества!
Молчание, явившееся ответом на это предложение, казалось оглушительным. Стало слышно, как что-то громко провякала неведомая ночная птица. Молчание длилось целую вечность. Закрёпов собрался говорить дальше, но Стран внезапно спросил:
— А где Эдик?
Закрёпов посмотрел на Эдика и отодвинулся от микрофона.
— Давай, Хаузер! — сказал он тихо.
— Я вас слушаю, господин Стран! — Эдик изо всех сил старался говорить спокойно, но это у него не совсем хорошо получилось, голос его подрагивал.
— Значит, Муртаги нет? — сказал Стран.
— Рафаэль Муртага находится у вас, господин Стран. Ваши его похитили и изувечили, он больше не человек!
— А вы, Эдик, предали наши идеалы! — В голосе Страна слышалась большая горечь.
— Нет, господин Стран, — твердо ответил Эдик. — Моя Земля — это моя земля! В ней много зла, но все равно она лучше, чем ваша изуверская Страна. Я никогда не прощу издевательства над моим другом Рафаэлем Муртагой! Пепел Муртаги стучит в мое сердце!
— Откуда вам известно про Муртагу?
— Сдавайтесь, и вы узнаете много интересного не только про Муртагу, — сказал Эдик.
— Значит, вы меня заманили?
— Так точно, Стран 10–46!
— Я уже полчаса посылаю мощнейшие лучи. Почему не сработали теловзрыватели?
— Потому что это наши изделия, а не ваши.
— Но тот в камине взорвался!
— Тот взорвался, — подтвердил Эдик. — Он должен был взорваться — и взорвался! — Эдик не смог скрыть гордости, прозвучавшей в его ответе.
— А Дворняшин?
— С профессором Голоущенко все в порядке, — сказал Эдик. — А вот настоящего убийцу, Аполлона Дворняшина, вы, господин Стран, чересчур крепко ушибли о дерево. Да еще ваш взрыватель в нем сдетонировал, он тогда же и скончался. Ну а дальше было наше дело… Мы ведь за вами по пятам шли.
Зинаида Васильевна чуть не упала в обморок от изумления. Ее потрясли не подвиги разведчиков, а то, что матершинник Лжедворняшин профессор.
