Он придержал поводья только когда пересек деревянный частокол городской стены. Вот он, его город – Кэр-Туаран. Город Башни, как его называли заморские странники, поднимавшиеся каждую весну по лабиринту рек и озер в столичные гавани. Они приезжали со всех концов земли. Из соседнего Калистрада, известного своим разнообразием прочного камня. Из Арморики, чьи оружейники славились на весь мир. И из великолепной Атрии, которая все еще несла на своих плечах наследие древней империи, чьим сердцем она когда-то была. Были времена, когда в гавани Кэр-Туарана заходили корабли из далекого Мирмундура, но сам Ронан в это не верил. Никто не смог бы жить к северу от Драконовых гор, не говоря уж о том, чтобы основать там целое королевство. Мирмундур, безусловно, был выдумкой заядлых сказочников.
День подходил к концу, городские ремесленники и торговцы уже успели позакрывать свои лавки. Тем не менее, почти все жители города – а это без малого пять с половиной тысяч душ – вышли поприветствовать своего сеньора, поглазеть на процессию победителей и, наконец, обнять родных. Толпа собралась на главной улице города, слишком узкой, чтобы вместить ее всю в пространстве между каменных домов с остроконечными крышами.
Это было его слабостью. При всей своей сдержанности Ронан наслаждался подобными сценами. Часто пренебрегаемый собственным отцом, третий сын чувствовал вечную потребность быть в центре внимания, ощущать свою важность и нужность для простых людей. Он еще сильнее придержал поводья, переводя своего коня на шаг, смакуя взгляды и овации.
Наконец, впереди показалась круглая замковая башня, в честь которой город получил свое прозвище. Завернув за угол, Ронан остановился перед каменной стеной с небольшим барбаканом, отделенной от городских кварталов сухим рвом.
По сигналу деревянный мост опустился, и триумфатор въехал во внутренний двор. Следом проскакал Фальвиг и остальные рыцари авангарда. Юноша помог своему господину спешиться, и принял его меч.
– Я позабочусь о солдатах, мой сеньор, – произнес Фальвиг, и направился к остальной процессии.
Махнув ему рукой, Ронан размашисто двинулся к замковым дверям
.
***
Изгнанник летел над лесами, холмами и деревнями, возрождая в памяти почти забытые пейзажи.
Все изменилось, но в то же время осталось прежним. А ведь как все могло бы преобразиться, окажись эта земля под властью Первозданных Владык!
Как бы заплодоносил этот сумрачный снежный лес! Сколь многими красками заиграла бы серая жизнь скотоводов и земледельцев! Какое множество путей сулила бы людям их новая судьба! Сколько возможностей для кровопролития открылось бы перед рыцарями, которые возводят культы вокруг своих воинственных предков!
Но что толку думать о несбывшемся? Нужно было спешить. Солнце заваливалось за горизонт, а вместе с ним исчезало драгоценное время.
Три месяца Изгнанник добирался до этого места. Ему не нужны были приспособления – Первозданные Владыки наделили его множеством даров. Он принадлежал Океану Душ в той же мере, что и реальному миру. Уже не человек, но пока еще и не существо из эфира.
Он бесшумно парил на своих переливчатых крыльях, но остаточная физиология брала свое. Он стал еще более тощим, почти прозрачным. Вокруг глаз залегли огромные тени, кожаные мешки приобрели угольно-черный оттенок. Острые зубы не прикасались к плоти годами, и Изгнанник почти срывался всякий раз, когда примечал потенциальную жертву.
Наконец, вдали показались огни. Вот он, город с которого все началось. Какая ирония, что Первозданные Владыки привели его именно сюда. В это место направлялись те, кто намеревался положить конец их мечтам. Изгнанник чувствовал непрошенных гостей на самой периферии чувств. В особенности одного, чье присутствие ощущалось сразу в обоих мирах. Опасный противник. Даже столь отдаленная аура жгла Изнанника изнутри.
Он летел над остроконечными крышами столичного города, и саван ночи по пятам следовал за ним. Никто не видел и не слышал его приближения – при необходимости он умел скрывать свое присутствие от посторонних. В этот раз ни к чему было устраивать панику. До поры.
Показалась замковая башня. Она сильно изменилась с тех пор, как Изгнанник видел ее в последний раз. В его времена она представляла собой круглый каменный колодец с конической деревянной крышей и двумя рядами бойниц. Тогда это считалось надежнейшим из укреплений. Теперь она выросла в размерах, вокруг нее неправильным прямоугольником возвышалась стена из темного камня.
Глупые, невежественные людишки. Думают, что сила в камнях и железе, которыми они себя окружают. Видели бы они обитель Первозданных Владык!
Он подлетел к одному из башенных окон. Перед тем, как войти, остановился и огляделся. Его внимание привлекла небольшая часовня, пристроенная к замковой стене. Вокруг нее круговым узором расположились каменные плиты – дань памяти усопшим. Он потянулся чувствами под землю, обволакивая своей волей давно истлевшие тела, как он уже поступил с курганными мертвецами за городской стеной. Скоро они воспрянут ото сна, дабы поприветствовать живых.