– Значит, я прав, – произнес он. – Ты внушила ему, что ей грозит опасность. Бедный Рикер! С тем же успехом ты могла бы приставить пистолет к виску Джоанны Аполло. А ты подумала, как это может повлиять на него? Ты об этом подумала? – Чарльз разозлился, он почти кричал. – Да какого черта! Ты что, не понимаешь, что делаешь?
Она определенно знала, что делает.
Теперь Чарльз понял все. Кошачья ухмылка снова заиграла у нее на губах, давая ему понять, что он тоже втянут в ее игру. Его собственные страхи и волнения за Рикера, ее второго заложника, были выгодны Мэллори, и теперь он связан с ней до конца игры. Чарльз бессильно опустил руки. Его двухминутный мятеж закончился.
Забыв недомолвки, словно она и не думала принимать его слова всерьез, Мэллори повернулась к компьютеру и принялась печатать.
– Если Рикер боится психиатрической аттестации, он может ее не пройти, – она открыла файл с анкетой, – тест состоит из двух частей – письменной и устной.
Чарльз узнал в изображении на экране титульный лист многостраничной анкеты. В такой анкете некоторые вопросы, как правило, повторялись или были переписаны другими словами, как ловушки для того, кто хотел соврать. Мэллори разделила экран пополам и вывела на другой стороне лист с рекомендуемыми ответами.
– Все, что ему нужно сделать, – сказала она, – это запомнить ответы. Приобретать новые тесты у руководства считается ненужной роскошью. Все очень просто. Ты еще потренируешь его с устной частью, и его возьмут обратно.
– Это ему не поможет, Мэллори. Все не так просто, – Чарльз встретил ее взгляд, выражавший явное недовольство. Неподчинение старшим по званию – серьезное нарушение дисциплины. – Вернуть ему работу и вернуть
– Он уже вернулся, – ответила Мэллори. – Он вынес из номера Аполло все эти документы, чтобы она не досталась федералам.
– Нет, он просто защищал свою подругу Джоанну… – Чарльз хотел что-то добавить, но потерял мысль. Он задумчиво смотрел на экран, где сейчас появились результаты ее собственной психиатрической экспертизы, которую она должна была пройти в обязательном порядке после того, как застрелила подозреваемого. Его всегда удивляло, как Мэллори справлялась с тестами, как ей удавалось обходить ловушки, созданные для того, чтобы поймать ее на индивидуальной своеобразности мышления. И ответы на психологический тест, которые она незаконно добыла, только убеждали его в том, что она отнюдь не невинная ястребица. Мэллори в точности знала, что собой представляет. В глазах Чарльза на Мэллори уже пало двойное подозрение, ведь Мэллори еще придется осознать, что никогда она не будет…
– Ты слушаешь радио, Чарльз?
– Если ты о передаче Зэкери, то нет, – он предпочитал все новости о Косаре узнавать из газет и не смотреть телевизор и не слушать радио, поэтому Чарльз считал, что обладает менее пристрастным взглядом.
Мэллори подвинулась к другому компьютеру, и застучала по клавишам. Через некоторое время раздался голос, оповещающий о начале передачи Иэна Зэкери.
– У меня они все записаны в звуковом файле. Это шокирующий радиоканал.
Она оставила Чарльза одного, и через некоторое время он уже знал, в чем заключается суть игры, и понял, какой персонаж ее ведет –
Когда Джоанна вернулась с очередного объекта очистки, Гам все еще дремал. Он медленно поплелся за ней в ванную, но не нашел сил, чтобы потереться об ногу хозяйки и заплатить за любовь приступом адской боли.
Кровь с места преступления, где Джоанна работала лишь час назад, не попала ей на руки, но она все равно вымыла их, поборов в себе желание вымыть руки повторно, и еще раз, и еще. Хотя кто видит? Только кот был бы свидетелем такого импульсивного поведения. Джоанна не могла сказать, когда это началось. Возможно, когда она заподозрила паранойю у Тимоти, то тоже стала заложницей душевного недуга. Джоанна посмотрела на себя в зеркало, затем ее взгляд скользнул по занавеске душевой кабины, и, хотя ничто не указывало на то, что за ней кто-то прячется, она резко отдернула ее.
Никого. Конечно, никого. И в шкафах тоже. Она уже все проверила.
Переодевшись, Джоанна набросила на плечи изящную шаль, обернула ее несколько раз, сделав таким образом небольшой капюшон на спине. Он очень естественно скрывал горб. На этот раз Гам не сразу понял, что она снова уходит. Благодаря успокоительному средству в его глазах не было паники. Он проводил ее до двери, не издав не единого звука. Кот лишь с любопытством наблюдал за тем, как она снова бросает его.
