Спираль необузданного потенциала стала туже и темнее. Энергии трещали, вырываясь молниями. Казалось, великая масса теней готова заползти во все уголки и трещины городка, нет, даже захватить весь остров. Тени сгущались и текли, и даже ее взор не мог пронизать жидкий сумрак сердцевины.
Концентрация могущества впечатлила даже ее.
Затем раздался грохот, словно ударивший всех в грудь; напряженные энергии рассеялись, теряя подобие врат. Ветры подули со всех направлений сразу. Тени таяли, оставляя на площади двух новоприбывших. Она уже знала их по Ли Хенгу. Коротышка-маг Меанаса и стройный боец на ножах, с которым ей довелось беседовать.
Сестра Холодных Ночей оглянулась на Ходящего-По-Краю, ожидая увидеть, что тот исчез. Однако он оставался, продолжая следить с еще большим вниманием. Меч был в руках, словно готовый выйти из ножен. Она проследила, куда он глядит - и вздрогнула. Четыре твари из древних легенд сходились к площади, прижав уши и опустив головы, явно охотясь на парочку в середине. Гончие Теней.
Все собравшиеся на улицах и переулках отшатнулись с пути бестий. Псы скользили вперед, перебирая лапами; тот ловкач, Танцор, встал заслонить спину магу, готовя клинки.
Она готова была похлопать в ладоши такой бесполезной смелости. Они ничего не смогли бы сделать, и никто не смог бы вмешаться. Звери порвут всех и вся. Даже Азатенаям случалось умирать в их челюстях.
Агайла почти прижалась к ней. Она была мудра и не поднимала свой Садок.
- Вы не можете прогнать их? - шепнула старуха.
Женщина покачала головой.
Агайла скрестила руки на груди. - Глупцы. Столько усилий, чтобы быть растерзанными в клочья, как многие до них.
Но Сестра Холодных Ночей украдкой глянула на Ходящего-по-Краю. Тот наблюдала, молчаливый и, кажется... встревоженный? - Может быть и по-другому, - сказал она.
Бестии сошлись с четырех сторон. Самая большая была серой, только брюхо белое. Глаза самки светились сапфирами, лапа прихрамывала после некоего сражения. Другой был чуть темнее - ее потомок? - глаза разные, один столь же синий, во втором золотой свет. Шкура третьего была грязно-желтоватой, вся в шрамах, а глаза почти черные; последний отличался иссиня-черным мехом. Глаза его сияли устрашающим кроваво-алым цветом.
Танцор что-то сказал компаньону через плечо. Сестра Холодных Ночей расслышала нечто вроде "самое время, чтобы..." И не удержалась от улыбки столь смелой браваде перед концом. Эти двое, по крайней мере, не опозорятся, прежде чем их порвут на куски.
И все же... она поглядывала на Ходящего. Древний муж - по иным слухам, создатель самой Тени - выглядел очень напряженным. Одна рука сжала рукоять, вторая - ножны, будто он готов был выхватить оружие и сделать шаг вперед.
Как странно. Никогда прежде он не вмешивался. Ни разу, пока многие гибли, пытаясь овладеть Тенью.
Однако некогда она слышала тихий намек собрата-Азатеная. Будто бы Ходящий-По-Краю устал быть хранителем и давно ищет достойного преемника.
Она удивленно поглядела на малорослого мага: неужели этот?
Дряхлый дальхонезец - хотя вовсе и не старый, видела она, умея проникать под любые чары - перебирал пальцами у груди, будто играл на скрипке. Или это была "кошачья колыбелька", детская забава, но вместо ниток его пальцы перемещали тени. Она не поверила глазам, когда веревки, целые спутанные канаты теней выползли из темных луж, туго захлестывая лапы всех четырех зверей.
Усилия мага оказались бы смехотворными, играй он одним Меанасом; однако здесь неоспоримо ощущалась сущность старшего Куральд Эмурланна. Маг каким-то образом овладел двумя садками и мог тянуть из двух источников силы.
Впрочем, даже такой беспрецедентной мощи оказывалось недостаточно. Загадочные звери сражались и, несмотря на бесчисленные путы, были все ближе к парочке наглецов. Приведенные в действие силы сделали воздух вязким, дышать стало тяжело. Камни под ногами трещали и ворочались, стираясь во прах. Нарастающая интенсивность напомнила ей сражения давних эпох, когда Старшие дрались, не заботясь о величине разрушений и бедствий.
Даже Агайла морщилась, сжав грудь руками, будто уже не могла вдохнуть. Напротив них старый маг, любитель рыбачить в доках, упал в обморок. Напан Арко поддержал его.
Итак, древних монстров ничто не могло повергнуть наземь. Они двигались, окутанные извивающимися жилами теней, рычали и брызгали слюной, решительно настроенные разорвать нарушителей границ на тысячу багряных кусков. Темнокожий коротышка в центре бури наклонился, опустив руки, словно вдавливал что-то в мостовую, дрожа от удвоенных усилий.
Новый источник силы взорвался надо всем, хлынув водопадом. Агайла потрясенно застонала. Сестра Холодных Ночей узнала новый ресурс, ставший доступным могущественному магу, и впала в гнев.
