Угрюмая вытянулась, будто получив пощечину. Крепко сжала руками плечи и резко кивнула. — Извиняюсь. Иди. Ты нужен там.
Он ответил на кивок. — Удачи. Зубоскал, береги ее.
Грузный мужчина, которого они считали лучшим бойцом, лишь махнул рукой.
Картерон открыл дверь и согнулся под напором резкого ветра. Улицы были совершенно пусты: обитатели Малаза давно привыкли к ночным бурям.
Они с Арко приняли командование обороной двух мостов; что дальхонезец с мечом задумал устроить на третьем, было непонятно. Он понимал лишь, что Танцор ему доверяет, а это что-то значило. Да, ему будет довольно и своих забот. Взойдя на мост, он увидел, что бойцы все еще раскидывают груз и переворачивают телеги. Здесь были юный Джек, Чосс и Танцор, и больше дюжины малазан — бывшие пираты, грабители и уличные забияки.
— Вовремя, — крикнул Чосс, указывая за баррикаду.
Картерон кивнул ему и влез на телегу. Колонна отборных солдат с Напов маршировала по улице.
Яростный ветер налетел, чуть не заставив его кувыркнуться кверху ногами. Картерон закрыл глаза ладонью, наморщил лоб. Удивительное дело — туч не было вовсе.
— Да, вот что странно, Сухарь, — сказал Чосс. — Я заметил типа в какой-то рясе. Следил за нами, потом пропал.
— Думаю, началась битва магов, — оборвал их Танцор. — Келланвед… не остается в стороне.
Картерон равнодушно крякнул. Его скорее беспокоила женщина — офицер, что вела напанов. Он полез на ту сторону баррикады.
— Сухарь! — сердито заорал Чосс.
— Стройте дальше, — крикнул он в ответ. — Я выиграю время. — Спрыгнул на выщербленные бревна моста и пошел дальше, подняв руки. — Клементе! — крикнул он. — Это ты!
Женщина подняла руку, остановив отряд, и вышла вперед одна. Они встретились на середине первой арки моста. Офицер была в доспехе из толстой кожи, усеянном металлическими чешуйками — на каждой тонкий узор, вроде завитка. Отстегнув боковые пластины, она сняла острый шлем и уперлась рукой в бок.
— Картерон Сухарь… это ты.
— Клементе. Рад свидеться. — Он указал на ее наряд. — Вижу, растешь.
Она чуть склонила голову. — Лейтенант Королевской Гвардии.
Картерон понимающе кивнул. — Итак, он послал Гвардию?
— За сестрой? Разумеется.
Он потряс головой: — Она мертва. Убила себя.
Клементе пренебрежительно махнула рукой. — Даже не начинай. У нас есть шпионы на острове, за ней следят уже несколько недель.
— Слушай, Клементе. К чему идти за этим дураком? Погляди, какой ущерб он нанес флоту. Переходи к нам. Ты знаешь, что Грюмсюрет в своем праве.
Она небрежно повела плечами: — Посмотри, какой ущерб он нанес флоту Малаза. Он хотя бы действует.
— Право за ней.
Женщина подняла руку, веля ему замолчать. — Не старайся затянуть меня в политический спор, Сухарь. Что сделано, то сделано. Стой в стороне, или мне придется тебя убить — и впоследствии сожалеть об этом.
— Ну, попробуй.
Она опустила шлем. — Что? Пятьдесят лучших гвардейцев против сборища пиратов? Не глупи, Сухарь.
Он попятился. — Посмотрим. До скорого. — Отдал честь и взобрался на баррикаду. Спустился вниз, отметив, что груды ящиков и бочек залили маслом.
Чосс ждал его. — Это Клементе?
— Ага.
— Проклятие. Она хороша.
— Знаю.
Чосс передал ему копье. Картерон поднял брови, сжимая древко. — Отличная идея.
— Джека.
Он увидел, что копьями и шестами вооружились все, даже Танцор. При удаче они сумеют сдержать напанов. Он кивнул приятелям: — Хорошо. Стройся. Два ряда. — Посмотрел на копье руке Танцора. — Ты умеешь им орудовать?
Ассасин рассеянно смотрел в небо. Кивнул: — Сносно.
— Хорошо. — Громкие шаги заставили дрожать балки моста. — Потому что они идут.
Танцор изо всех сил старался избавиться от тревоги насчет Келланведа — его действительно разорвало на атомы? На самом деле? Вот так просто? Мог ли его ждать простой и ясный конец?
Но едва началась драка, он забыл все остальное. Танцор колол сквозь дыры баррикады, как мог быстро, поражая бедра, животы, а иногда и шеи и оттягивая копье прежде, чем его смогли бы вырвать из рук. Молодой офицер Джек был защищен лучше всех; в своей длиной кольчуге он занял верх баррикады, ударяя вниз щитом. Чосс и Картерон сражались так, будто были на палубе, выбрасывая руки с длинными кинжалами, отбивая мечи. Малазане дрались без всяких правил, метили в ноги, промежности, плевали в глаза. Танцору показалось, что королевским гвардейцам пришлось несладко в хаосе уличной схватки.
Однако число медленно брало верх. Баррикада начала заваливаться на обороняющихся, тяжелые мечи выгрызали в ней дыры.
Когда все стало казаться совсем худо, Джек спрыгнул с телеги и схватил торчавший в гнезде на опоре моста осветительный факел. Закричал всем: — Поджигаю! — и швырнул факел на пропитанную маслом древесину. В воздух взлетел сноп искр. Рев пламени заглушал гневные крики. Танцор отступил, прикрывая лицо от жара преисподней. В руках был обломок копья не выше головы, остальное срубили; впрочем, острый конец успел покрыться свежей кровью.
