Тайскрен понурился. Лучше любая участь, чем безумный прыжок в…
Странно, но малыш-маг не выказал гнева и нетерпения. Сложил руки за спиной. — Что ж, как хочешь. Но тем хуже для них. — Он покачивался, переступая с носков на пятки.
Тайскренн поглядел искоса. — Для кого?
Маг кивнул на улицу, на которой Тайскренн ощутил новую толпу поклонников Д'рек. — Да чтоб тебя, — прошипел он.
Новый знакомец пожал плечами с невинным видом. — Возможно, ты сам избавишься от них.
Тайскренн покачал больной головой. — Не могу убивать. Их просто используют.
Морщинистый маг закатил глаза к небу. — О святые Властители. Да избавься от них! Отгони. Что угодно. — Рука картинно указала на дверь. — Докажи мне, что ты достоин приобщиться к внутренним тайнам.
Тайскренн утомленно сомкнул веки, принимая решение.
Едва показались новые преследователи, он потянулся глубоко в недра Садка, собирая остатки силы, чтобы излить ее последним мощным потоком. Накопил и, ощущая, как огонь пожирает плоть изнутри, высвободил приливом, взрывом, способным пронестись по всем мирам.
Открыл глаза и заморгал. Крошка-маг вжался в прочную дверь, закрыв лоб рукой. — Да, — выдавил он хриплым, дрожащим голосом, — это было нечто. Погляди.
Тайскренн огляделся. Земля и небеса были свободны от загонщиков. Он отбросил их, вызвав бурю внутри Садков. Далеко ли? Они могут собраться и вернуться прямо сейчас. Или нет.
Келланвед нетерпеливо указал на вход. — Впечатляет. Можешь войти.
Тайскренн испытующе взглянул на него. — Не как пленник?
— Нет. Не как пленник, уверяю тебя.
Стоило ли удивляться, что заверения странного типа не смогли успокоить Тайскренна? Впрочем, его пожирало любопытство. Легендарный Азат! Какая возможность! — Хорошо.
Мнимый старец открыл дверь и поманил его внутрь. Жрец вошел, осторожничая, тревога сражалась в нем с восхищением. Келланвед вошел следом.
Дверь захлопнулась по своей воле.
— Похоже, битва выдыхается, — объявил Недуриан для проформы (нет сомнений, Агайла и Ночная Стужа ощутили это задолго до него). Женщины кивнули, вежливо воздержавшись от предложения заткнуться.
Странная женщина, которую Агайла опасливо характеризовала как настоящую Властительницу, неуклюже спрыгнула с высокого валуна. Неловкость внушила Недуриану подозрение, что она не вполне освоилась с формой, которую ныне приняла.
— Наступил перелом, — сказал Ночная Стужа. — Хотя какую форму принимает решение, я не могу…
Ее речь внезапно оборвалась, когда некто ловко обогнул валун и что-то вонзил в ее тело. Недуриан в страхе раскрыл рот, видя окровавленный конец огромного клинка, выползший из женской груди.
Мужчина ощерился за ее плечом: седые волосы и борода, дикое угловатое лицо и оскаленные зубы. Ткнул пальцем в сторону Агайлы: — Не шевелись, ведьма! Или она умрет! — потом уделил внимание и Недуриану: — Или ты, легионер. Это дело между нами двоими.
Кошмарным движением он провернул меч в груди Ночной Стужи; женщина содрогнулась, все еще стоящая, не теряющая сознания. Старик вернул внимание Агайле. — Твоя хозяйка! — крикнул он предостерегающе. — Вижу, она там, следит! Вмешайся, Т'рисс, и станешь следующей! В том клянусь я, Верховный Король!
— Ты уже не король, Каллор, — проскрипела, вся дрожа от ярости, Агайла.
Каллор грубо захохотал. — Что значат обстоятельства? Сейчас мы говорим о вневременных истинах. — Губы придвинулись к уху Ночной Стужи. — Почему бы не пустить в ход колдовство, не разнести меня на угольки, не разбить на мелкие осколки? Твоя мощь неоспорима. Ты гораздо могущественнее меня. Так что же?
Лезвие вновь провернулось и Ночная Стужа захрипела в агонии, поднявшись на кончики пальцев. Кровь пенилась, пятная ей губы. Недуриан бросил Агайле умоляющий взгляд, но та лишь покачала головой.
— Почему? — ярился Каллор. — Я скажу тебе, почему! Потому что я готовился, Сестра. Столетия назад — многие столетия назад — я приобрел редкую руду из далекой страны. Цена была колоссальной. Я напылил ее на меч, прежде чем погрузить его в тебя. Щепотку. Одну крошечную щепотку. Но ведь она сдерживает тебя? И ты первой ощутишь полную тяжесть моего суда. А затем придет черед проклятых твоих братцев! Прокляты будьте все, помешавшие мне! Прокляты навеки!
Тут он схватился ей за волосы, высоко вздернул голову, обнажая шею. — Ваш род назойлив, ибо вас трудновато уничтожить. Но я знаю надежный способ. Старое доброе усечение головы срабатывает всегда.
Недуриан прыгнул вперед, презрев возражения Агайлы, но Каллор моментально вырвал меч и приставил к шее Ночной Стужи. — Подумай, легионер! Я отделю ее голову от тела.
— Ты так и намерен сделать, — зарычал Недуриан.
