– А зачем его высочеству, по-твоему, понадобилось его убивать?
– Не знаю! Но знаю, что никакого заговора и в помине не было, иначе уже давно прошли бы аресты и казни.
– Заговор был, но его не раскрыли, потому что был убит главный свидетель.
– Вот именно, – снова вмешался Тейнор. – И этот свидетель запихал меня в подвал к некроманту. Ты то ли сбрендил, то ли вообще ничего не знаешь о своём брате!
– Я знаю! Я знаю, в чём бы ни обвиняли Китэра – это всё грязная ложь! И я ещё докопаюсь до правды! – с этими словами лен Тосс развернулся на каблуках и устремился прочь, попытавшись напоследок хлопнуть входной дверью. Дверь Тейнор успел придержать, на лице сержанта было написано огромное желание что-нибудь проорать безумцу вслед, но он всё же сдержался.
– Пойдём за стол, – после короткой паузы подытожил хозяин дома. – Мало ли придурков на свете, так что теперь, не пить из-за них?
Они вернулись в гостиную и просидели там до глубокой ночи, но настроение было уже не то. В голову Дарина лезли всякие мрачные мысли и все попытки сержанта как-то расшевелить друга к успеху не привели. Чем дальше, тем больше принц налегал на вино, и когда они, наконец, покинули гостеприимный дом, он еле смог удержаться в седле.
Ночная прохлада не принесла ожидаемого облегчения, да ещё и от тряски начало мутить. Раз за разом Дарин возвращался мыслями к разговору с заместителем Гессела. Мог ли тот не знать о слежке, которую Эмин установил за домом Тейнора? А слежка была, иначе как бы этот малахольный пронюхал о визите принца. Не мог. А значит, утаил. Причина ясна – особый советник боится, что если Дарин о чём-то таком прознает, то решит снова вмешаться, и окончательно спутает ищейкам все карты. Его можно было понять, но это не означает, что принц должен терпеть нападки ополоумевшего йора. Тех писем и оскорблений, которые он уже получил, с лихвой хватило бы на то, чтобы упрятать лен Тосса в темницу или в дом скорби. Обычно такими щекотливыми делами как раз и занималась Особая канцелярия, но в этот раз Гессел решил до поры остаться в стороне. Как будто у Дарина и без того мало проблем!
Оставив лошадей на дворцовой конюшне, они с телохранителем расстались. Здесь принц не видел нужды постоянно держать его при себе, так что каждый направился в свои апартаменты. Больше всего Дарин сейчас хотел добраться до мягкой постели и хорошенько выспаться. Но на пути его встала неожиданная преграда. В колеблющемся свете настенного факела, у двери стояла женская фигурка в изысканном синем платье.
– Дарин!
– Чего тебе?
– Грубишь, как всегда, – скривилась Заяна. – Неудивительно, посмотри, в кого ты превратился! Пьяное животное, влипаешь во всякие истории со своим ручным чудищем. Весь двор только о ваших похождениях и судачит!
– Дура.
– А ты болван! – девица уже накрутила себя, и теперь её было не остановить. – Сидишь в своём кабинете, как в склепе, прячешься от нормальных людей! А всё эта потаскуха, я ведь помню, каким ты был раньше. Зачем тебе эта швабра, ты ведь с ней даже почти не спишь, я знаю!
– Прочь с дороги, – он попытался её обойти и потянулся к дверной ручке.
– Нет уж, ты меня выслушаешь! – с этими словами она подскочила к принцу вплотную и изо всех сил толкнула его в грудь.
Не ожидавший подобного Дарин потерял равновесие. Ослабленные вином ноги запутались, и, чтобы не упасть, ему пришлось привалиться к стене. Это было уже слишком. Ярость вспыхнула как сухой хворост, в глазах потемнело. Зарычав, он наотмашь ударил девушку по лицу. Пощёчина пришлась вскользь, и досада на собственную неуклюжесть окончательно взбесила принца, погрузив сознание в багровую пелену. Быстро шагнув вперёд он ухватил охнувшую Заяну одной рукой за локоть, другой за плечо, и со всего маху приложил о каменную кладку стены. Потом ещё и ещё. Из горла девушки вырвался болезненный крик, тут же оборвавшийся от следующего удара. Хрупкое тело обмякло в руках принца, но он, не замечая этого, не останавливался до тех пор, пока красное безумие наконец не отступило. Тяжело дыша, Дарин отпрянул от стены, выпустив Заяну из рук. Та ничком упала ему под ноги, и глазам принца открылось жуткое зрелище. Сложная причёска сбилась на затылке, превратившись в грязный колтун. Светлые волосы слиплись и потемнели от крови. Судорожно вздохнув, он опустился на одно колено и положил пальцы на горло девушки. Пульса не было. Ему уже доводилось убивать во время припадков, но чтобы женщину… А что дальше – ребёнок?
– Она сама виновата, ваше высочество, – дверь в коридор была открыта, на пороге стоял Ристеццо. – Вот, выпейте.
В руке секретаря поблёскивал знакомый стакан. Схватившись за него будто утопающий за соломинку, Дарин жадно проглотил содержимое не чувствуя вкуса, и снова уставился на дело своих рук. Сама? Возможно. Заяна прекрасно знала о его вспышках, и о том, что напившись он хуже себя контролирует. Но убил её сам принц, и надрался он тоже сам.
– Выпейте ещё, – Ристеццо успел уйти в комнату и вернуться с новым стаканом.
– Нет, – Дарин чувствовал, что ещё глоток и его вывернет наизнанку прямо в коридоре. – Ты мог вмешаться.
