– Это какая–то ошибка. – Лидия показала головой. – Я работала с ним бок о бок, и ни разу не видела, чтобы он делал что–то необязательное при анализе...
– И он заказывал не только это добро... – Лидия подняла взгляд со своих записей. – Он заказывал тоннами что–то под названием «бромадиолон»?
Лидия вскинула брови.
– Прости... как ты сказала?
– Может, я произношу неправильно? – Кэнди повернула блокнот и ткнула в слово. Которое было написано восемь раз подряд и с датами напротив. – Бродил...
Опустив голову на руки, Лидия задрожала. Вспоминая прошлое, она думала о раздражительности Рика и очевидных признаках стресса. Сейчас она осознала, что он сильно похудел и был постоянно на взводе. Но она решила, что дело в гостинице по ту сторону равнины и угрозе популяции волков со стороны «Коррингтона».
Она могла сильно ошибиться в этом.
– Что такое? – спросила Кэнди. – Ты в порядке?
Встряхнувшись, Лидия прокашлялась.
– Это… яд. – Лидия посмотрела на женщину, казалось, что она в каком–то ночном кошмаре. – В заповеднике этим ядом травили моих волков.
Кэнди побелела.
– Что творил Рик?
– Я не знаю. – Она подумала о волке, которого нашла на грани смерти. – Как он мог травить тех, кого должен был защищать?
– Рик часто приходил во внерабочие часы. – Кэнди раскрыла несколько секций в блокноте. – Отчеты системы безопасности фиксировали каждый раз. Спустя месяц после первых поступлений из–за границы Рик начал приходить в клинику по ночам. Поначалу не на регулярной основе. Только пару раз в неделю. Но с прошлой осени? Каждую неделю, как на внеклассные занятия в школе.
– Сколько он здесь был?
– Часами.
– Что, черт возьми, он творил? – Лидия подумала о данных на дискетах, чувствуя высокооктановую ярость. – Не дай Бог, он проводил опыты на животных.
Вскочив на ноги, она прошлась туда–сюда. Потом остановилась.
– Что, если дело не в гостинице? Что, если Рик отравил тех волков, всех до единого?
– Но зачем? – Кэнди взмахнула рукой в своем типичном на–кой–хрен–жесте. – Не понимаю.
– Чтобы привезти их в клинику – для забора материала. Боже, что он делал здесь с ними, когда привозил на медицинский осмотр? Наверняка он вводил в их кровь препараты, а потом привозил их сюда для вскрытия... – Лидия потерла лоб, словно это чем–то могло помочь. – Зачем ему нарушать профессиональную этику и свои убеждения?
– Ну, я не должна этого говорить, потому что это конфиденциально и содержится в его личном деле. – Кэнди наклонилась и посмотрела в окно над диваном. – Но у него были проблемы с игроманией.
– Что? Нет, он не...
– Перед твоим трудоустройством он добровольно лечился в специализированном учреждении. Он уезжал на месяц, и мне нужно было платить по его счетам, только поэтому мне сказали. Очевидно, у него были серьезные проблемы... но когда он вернулся, казалось, ему стало лучше. Тогда он как раз начал тренироваться. Те триатлоны, бег, соревнования по плаванию. Я думала, он взял под контроль свою зависимость.
– Он был игроком? – Лидия подумала о спортивных секциях, которые он всегда посещал. – В голове не укладывается. Я просто...
Но разве у нее был опыт общения с игроманами?
Она замолчала, и Кэнди закрыла свой блокнот на спирали, протягивая его ей.
– Ты спросила, что мне известно – все здесь. Он твой... А что до посылки? Ты права. Я действительно перенаправила ее в дом Питера. Десять дней назад он начал доставать меня, дал трек–номер, постоянно спрашивал, где она, звонил три раза на дню. Они потеряли ее... А когда, наконец, определили ее местонахождение в сортировочном центре, я заставила их направить ее к зданию «ПИВ» по разрешению Питера. Я подумала, она связана с... тем, что происходит. Ее доставили два дня назад, но я не знаю, кто расписался за нее и где она сейчас.
Лидия взяла блокнот.
– Спасибо тебе за это.
– Я подумала, что это меньшее, что я могу сделать. И, слушай, вчера, когда ты наехала на меня, я не знала, как это принять. Я тоже не знала, могу ли доверять тебе. – Кэнди вскинула руку. – О. И честно, клянусь, я не убивала Питера Винна. Но думаю... это мог сделать Рик.
Когда Кэнди озвучила свое обвинение, Лидия пролистала страницы ее ежедневника. Там были разделы о системе безопасности, почте, поставках, пропущенных днях... включая те два дня, когда Лидия была в Платтсбурге, удаляла зубной нерв. Все записи были сделаны аккуратным почерком и ручками разных цветов и карандашом.
– И что мы делаем? – спросила Кэнди.
– Не знаю.
Куда мне пойти с этим? – думала Лидия. К Си Пи Фален? Иствинду и полиции штата?
– Кстати, где твой помощник на все руки? – спросила Кэнди. – И нет, я не про Сьюзан. Или Бесси.
Лидия контролировала выражение своего лица. Точнее, попыталась.
– Он уволился. И я знаю, что ты передала его резюме Иствинду.
– Я переживала за тебя.
– Спасибо за это. – Мысль пойти с обнаруженным к Иствинду казалась неприемлимой. – Что сказать...
– Прости. Он понравился тебе.
– Я не знала его. – Она прокашлялась. – Дэниэл для меня – незнакомец. Было, да водой унесло... кстати, про воду. Он отремонтировал все три моста.
– И наш туалет.
Лидия подняла взгляд от блокнота.
