Сначала он растерялся, вжался в кресло, попытался подобрать слова, чтобы выгнать ее из кабинета, а потом понял, что не может оторвать взгляд, от белой кожи женщины, от аккуратной груди с набухшими от возбуждения сосками, от мягкого, соблазнительного живота. Барден облизнул пересохшие губы. Ладони вспотели, женщина подошла впритык, задрала короткую юбку так, что он увидел кружевную резинку чулка и села прямо к нему на колени. В нос ударил теплый запах ее тела, в паху Бардена мучительно заныло желание. Она это почувствовала и победно улыбнулась. В серых глазах ликовали черти. Он был повержен, и она это поняла. Барден понимал, что трогать ее нельзя, что она подчиненная, что все, что здесь происходит сейчас неправильно! Но руки сами тянулись к белой коже.
Дотронуться до нее он не успел. Резкий звонок разорвал тишину кабинета. Барден дернулся, испугавшись, и женщина исчезла. Кабинет залил дневной свет. Он понял, что не заметил, как заснул прямо у себя за столом. Часы показывали шесть. Он потер лицо, пытаясь отогнать ночное наваждение, но ноющее возбуждение уходить не спешило.
Несмотря на сон в кресле, чувствовала я себя выспавшейся и отдохнувшей. Правда, неприятное послевкусие ночи осталось на языке. Проснувшись, я внимательно осмотрела квартиру, следов проникновения не обнаружила. Дверь была закрыта, и в памяти замка сохранился только мой приход. На всякий случай обошла всю квартиру, но уже минут через пятнадцать пришла к выводу, что это просто был сон на фоне стресса.
Успокоившись окончательно, я сходила в душ, переоделась, собрала сумку и снова посмотрела на телефон. Нужно было набраться смелости и хотя бы прочитать сообщения. Экран еще раз моргнул, сообщая о том, что принято новое письмо. Я снова струсила. Закинула сумку на плечо и вышла из квартиры, оставив проблему нерешенной. Эта неопределенность тяготила, но не настолько, чтобы решиться здесь и сейчас разрубить этот узел.
Глава 6.
Это рабочее утро можно было назвать самым необычным за последние пару лет. Мы были только втроем. Не было ни сопровождения, которое должно было помогать с баллонами и тяжелым снаряжением, ни техников, которые должны были следить за оборудованием на поверхности и конструировать картинку пещеры в режиме реального времени.
- Техника не работает там. – Пояснил Сергей, увидев мой удивленный взгляд. – Данные будем переносить по старинке, руками.
- Меньше народа, свободней дышать. – Улыбнулась я. – А сухое сопровождение?
- Боятся. – Поморщился Лекс. – Даже в защитных костюмах к этому сектору не подходят.
- Звучит все интереснее и интереснее. – Хохотнула я и надела ласты.
К этому времени мы уже болтались на воде, оговаривая последние детали перед началом. Спуск был медленный и завораживающий. Как я и предполагала, первый зал был большим, и все стены пещеры хорошо просматривались, а дневного света вполне хватало, чтобы не включать фонари. В этот раз я старалась не отвлекаться на окружающее пространство, а внимательно следить за глубиной, чтобы не провалиться в красную зону раньше времени. Ровно на двадцати восьми метрах Сергей и Лекс остановились. Я продолжила медленно опускаться.
Двадцать девять, двадцать девять с половиной метров, тридцать. Зависла на этой глубине, прислушалась к собственным ощущениям. Ничего не произошло. Дыхание было ровным, все приборы работали штатно. Я показала напарникам знак, что все хорошо, и продолжила медленный спуск до оговоренной глубины. В нижней точке – расслабилась окончательно. Разум был чистый, но легкий привкус эйфории и величие пещерных сводов намекали на действие азота. Засекла время на наручном компьютере, ровно три оговоренные минуты, и осмотрелась. Первое, на что обратила внимание – свет. На такой глубине должно было быть уже темно, но свет как будто проникал глубже обычного, или стены отражали свет. Местные горные породы были давно и тщательно изучены. Сделала для себя мысленную пометку узнать об этом больше и посмотрела на компьютер. Времени до начала подъема оставалась минута. Я еще раз внимательно осмотрела стены. Прозрачность была идеальная: ни мути, ни взвеси. Дно пещеры находилось примерно на пятидесяти метрах. Там же на дне заметила какое-то шевеление. Присмотрелась и поняла, что это дроны. Скорее всего, те самые первые дроны, с которыми была потеряна связь. Они продолжали бродить по дну, биться в стены, парочка даже пыталась подняться выше, но раз за разом аппараты опускались на дно. Где-то возле дна увидела небольшое черное углубление, похожее на вход. В ушах появился неприятный писк. Источник звука определить не смогла. Скорее всего, пищали роботы, но я не была уверена в том, что эти аппараты могут пищать. Желание опуститься глубже и посмотреть, пришлось придушить. Мое время вышло, отступать от плана было нельзя.