Притяжение полностью

Достала из ящика стола тестер, сунула щуп в круглое отверстие сбоку контейнера, чтобы проверить еду на яды, радиацию и прочие сюрпризы. Ничего подозрительного тест не показал. Но стоило открыть крышку, как по кухне разлетелся потрясающий аромат. И я вспомнила, что кроме кофе и печенья сегодня ничего не ела.

В этот раз обычный суп показался невероятно вкусным. Я ела стоя на кухне, забыв о сервировке и приличиях. Хорошо, что в этот момент никто меня не видел. Работая ложкой, по привычке, загрузила личный планшет и открыла почту. Но прочитать ничего не успела. Загорелся экран телефона. В этот раз я решила, что оттягивать общение с семьей не стоит, и открыла сообщение. Это снова была мама.

«Тара! Мы знаем, что тебя выслали со станции. Но это не значит, что ты не должна оплачивать счета! Банковское предписание прилагаю. Там уже добавилась просрочка»

Та наивная уверенность матери, что я должна продолжать оплачивать их счета, меня поразила до глубины души. Я облизала ложку, поставила ее вместе с контейнером в очиститель, и написала:

«Я больше не буду оплачивать ваши счета, мама. Вы исключили меня из родовых документов. Вся моя зарплата с «Ковчега» приходит на счет отцу по решению суда. Больше я вам ничего дать не могу»

Отправив сообщение, я почувствовала тупую боль в груди. Обида и слезы снова сдавили горло, и мне пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы напряжение отступило.

«Тара! Девочка! Это ничего не значит! Мы по-прежнему семья! Разве могут семью разлучить какие-то формальности?!»

«Это не формальности, мама. Вы лишили меня фамилии, прописки, официально присвоили статус «недобросовестного ребенка» и отсудили все, что у меня было! Я не могу вам больше ничем помочь!»

Телефон снова затих. В какой-то момент я подумала, что вот-вот мама возобновит переписку, но ничего не происходило, аппарат молчал. Я ждала десять минут, потом пятнадцать, полчаса. В квартире царила тишина. Я уже поверила, что неприятный разговор окончен, и собралась пойти в душ и лечь спать, как телефон снова ожил. Теперь писала Лиз.

«Тара! Что происходит?! Ты понимаешь, что ты ведешь себя как неблагодарная?! Эта семья тебя вырастила! Дала дом, образование! А ты ведешь себя как последняя сволочь! У тебя же есть накопления!»

В этот момент я только с облегчением выдохнула. У меня действительно были накопления. Но они хранились в банках Ракса, которые не попадали под юрисдикцию Солнечной системы, и их вклады не подлежали конфискации в связи с гражданскими делами.

«Лизи, не переживай, семья, которая меня вырастила, выставила мне счет за свои услуги. Лучше позаботься о том, чтобы у тебя было к совершеннолетию достаточно средств, чтобы погасить долг перед родителями».

Я знала, что ни одной из сестер никакого долга выставлено не будет, и уж тем более, на них не подадут в суд. Родители слишком трепетно их оберегали. Я просто не сдержалась от возможности укусить сестру. Может, с моей стороны это и выглядело мелочно, и даже гадко, но эта мелочность принесла немного облегчения. Снова перевернула телефон экраном вниз и пошла в спальню. О семье и сообщениях больше не думала. Это все уже не имело никакого значения. По крайней мере, сегодня.

Экран телефона еще несколько раз моргнул, но читать я не стала. Помылась, залезла в кровать, и уже почти уснув, снова услышала, как сработал дверной замок. Но снова не смогла заставить себя открыть глаза.

Глава 9.

Барден