Тара начала подробно рассказывать о том, что видела в провале. Барден не перебивал. Он внимательно слушал рассказ девушки, но в какой-то момент поймал себя на том, что больше прислушивается не к словам, а пытается контролировать ее сердцебиение, чтобы вовремя среагировать, если случиться истерика. Таркаи были склонны к истерикам, и это всегда переходило в мучительную паническую атаку. Барден боялся, что Тара от перенапряжения тоже начнет задыхаться, и он не успеет ей помочь. Но ничего подобного не происходило.
- Я оставила несколько камер в провале. Лекс с Сергеем об этом не знают. Я боюсь, что радиация действует и на меня. Как на ребят. Только иначе.
- Давай, не будем делать поспешных выводом. – Предложил Барден. – Мы оба знаем, что то, что происходит в провале, не совсем нормально. Ты загрузила записи погружения в систему?
- Не успела. – Девушка махнула головой.
- Хорошо. Пересмотрим вместе? Да? - Он старался говорить мягко, давя внутреннюю привычку включать командира.
- Да, конечно. Давай. У меня с собой все.
- Отлично.
Несмотря на не самые приятные обстоятельства, Барден обрадовался, что она еще на какое-то время останется в его кабинете.
Чем больше времени я находилась рядом с Барденом, тем уверенней себя чувствовала. Единственный минус всего этого мероприятия заключался в том, что сидя в кресле и просматривая материалы в приглушенном свете, я чаще смотрела не на экран, а на таркайца. В полумраке он выглядел особенно привлекательным. Расслабленная поза, и расстегнутый ворот рубашки, открывающий бычью шею, будили во мне желание впиться в нее губами. Как бы не старалась переключиться, ничего не получалось.
- Все хорошо? – Вдруг спросил Барден.
Мне хотелось сквозь землю провалиться, но когда взгляд главнокомандующего задержался на моих губах, провалиться захотелось не под землю, а к нему в объятия.
- Да, - голос вдруг стал ниже обычного, - все хорошо.
По спине пробежали мурашки, живот стянуло как у школьницы при виде симпатичного старшеклассника.
- Кофе хотите?
- Хочу.
- Через десять минут доставят.
Он говорил тихо, почти одними губами, как будто боялся, что голос разрушит эту хрупкую атмосферу. И я тоже боялась, что это случиться. Даже дышать старалась не так громко.
Рамси вошел в просторный холл административного корпуса и подошел к стойке, где стояла таркайя в красном костюме.
- Милорд, - она широко улыбнулась, увидев Вишона, - рада вас снова видеть.
Рамси видя ее улыбку – скривился. Она его раздражала. Вишону казалось, что за обычной корпоративной вежливостью пряталось желание им воспользоваться: соблазнить, клянчить деньги и привилегии.
- Женщина уже ушла?
- Нет. Она в кабинете главнокомандующего.
Вишон скривился. Ему не нравилось, что она столько времени проводит в кабинете таркайца.
- Подключись к камерам.
- Боюсь, это невозможно.
- Что это значит?
- Триумвират закрыл доступ ко всему, что связано с главнокомандующим Барденом и его группой.
Она говорила что-то еще. Но Вишон ни слова не понимал. Его накрыло волной раздражения. Эта была его женщина. Только его! И никто не смел к ней прикасаться! Никто! Он с огромным трудом взял себя в руки и сказал:
- Буду у себя. Сообщите, когда главнокомандующий останется один.
Глава 25.
Уже сидя в своей квартире, я пыталась отогнать от себя навязчивые мысли о главе Крыла безопасности. Чертов Барден отказывался выходить из головы, а каждая мысль о нем, сбивала, и заставляла чувствовать то сладкое томление, от которого мозги превращались в розовую вату.
- Соберись Тара! – приказала сама себе и загрузила данные, которые дал Барден в защищенный планшет.
Пока файлы грузились, я рассуждала над тем, что сказал главнокомандующий. После внимательного изучения видео, мы пришли к выводу, что проход действительно меняет местоположение. На одном из кадров можно было четко рассмотреть специфические жилы в камне, когда на другом кадре их не было. Еще я была уверена, что проход не захлопывается, а переходит в другую точку открытым. Как будто перемещается черная дыра. Иначе, на лине остались бы следы и повреждения. Но вот в каком графике он перемещается, и как это происходит, оставалось только гадать. Я надеялась, что камеры этот процесс зафиксируют, и мы выведем какую-то систему. Хорошо, если он перемешается в пределах одного зала. А если нет? Как ни странно, эти ползучие туннели меня не пугали. Больше вызывали научный интерес, любопытство. Возможно, даже большее любопытство, чем Эл' Тахар или ирдарий.
Я заварила кофе, размышляя над тем, как лучше завтра провести погружение. Времени было не очень много. Работы на такой глубине были строго регламентированы. Для снижения рисков погружаться можно было не более трех дней подряд. Когда я мысленно дошла до конца коридора, сработал коммуникатор. На экране отобразился код Земли.
- Ну, надо же.
Я не стала ждать и дала разрешение на подключение. Через несколько секунд передо мной появилось напряженное лицо Юрия Радова. Мой несостоявшийся тесть был мужчиной холеным, харизматичным, и вовсю пользовался этой привлекательностью.