Сам Брай был до странности тих. Он отказывался от разговоров, наблюдая за новой командой. С ним явно происходило что-то серьезное, но Джейн пока была не готова в это лезть. Она беспокоилась, но ничего не могла сделать. Только поддержать.
Алан оставался холоден. Он либо избегал ее, либо игнорировал. Ей ни разу не удалось остаться с ним наедине и попытаться что-то объяснить. Впрочем, с остальными он по-прежнему отлично работал. Джейн заметила, что он вздохнул с облегчением, когда она отошла в другой конец здания в поисках предохранителя.
Да, он упрямый и гордый. Такова его природа. Но Джейн знала, что ему больно. Она ранила его своим неосторожным жестом. Нужно дать ему время все обдумать. Прямая конфронтация все только ухудшит.
Рилик на удивление хорошо все понимал. Джейн заметила, что он часто помогает Алану, чтобы не просить ее переводить. Алану, казалось, намного лучше с Риликом, чем с ней. Да и невероятная сила Рилика тоже оказалась полезна при работе.
Подсоединив шаттл к лифту, они снова забрались внутрь. Джейн напряглась. Ей всегда было непросто в рубке, да и воспоминания о посадке не улучшали ситуацию. Но никто лучше нее не умел водить шаттл, так что она снова оказалась в кресле пилота. Рон сел рядом.
Джейн включила питание, провела финальную проверку и завела древний двигатель. Посмотрела на Рона. Вот уж кто был в своей стихии. Он спокойно кивнул ей. Пальцы его танцевали по приборной панели, как будто он всю жизнь только и делал, что водил такие шаттлы.
– Все системы в норме, КьюДи. Мы готовы к старту.
Джейн сглотнула комок в горле.
– Включаем тягу.
Шаттл оторвался от земли с ревом и треском. Кабель немного натянулся, и их вжало в спинки сидений – шаттл задрал нос почти вертикально и пополз вверх по кабелю.
Пассажиры сидели тихо. Шли минуты. Они набрали скорость, и искусственная гравитация, вызванная ускорением, наложилась на гравитацию планеты, и они сразу ощутили, насколько стало тяжелее. К счастью, в соединительной муфте, крепившей шаттл к кабелю, был вращающийся адаптер, благодаря которому шаттл не вертелся вокруг своей оси. В камере заднего вида Джейн разглядела быстро удаляющуюся станцию. Над головой было серое, затянутое облаками небо. Прямо сейчас им, к счастью, ничего не угрожало. Брай отслеживал мусор в верхних слоях атмосферы – он мог делать это точнее, чем системы шаттла, – и передавал информацию бортовому компьютеру.
До облаков они добрались всего за несколько минут и без всяких проблем миновали серый, как будто ватный, слой. Джейн глубоко вздохнула и попыталась немного расслабиться. До сих пор все шло хорошо. Но думать, что опасность миновала, было бы наивно.
Скорость подъема росла вместе с высотой в соответствии с алгоритмом, определяющим скорость в зависимости от места на лифте. Наверняка были точки, которые опасно проходить слишком быстро или слишком медленно. От этого кабель слишком сильно раскачался бы, колебания передались бы на другой его конец, и в результате он мог бы вообще порваться. Лестница Атиеллы была рассчитана на постоянное использование, и это дополнительно все усложняло. На подъемнике редко оказывался только один груз. Обычно их должно было быть около десяти, на разной высоте, и подъем регулировался очень сложными алгоритмами, сохраняющими стабильность системы.
Они миновали стратосферу без происшествий. За иллюминаторами потемнело, хотя иногда вспыхивали искорки света. На этой высоте лифт стал быстро набирать скорость.
– Какая у нас скорость? – прошептала Аджайя.
– Мы движемся… – Рон проверил показания и помедлил, подсчитывая в уме, – чуть меньше ста пятидесяти километров или чуть больше ста миль в час.
– Господи. Быстро-то как, – рассеянно сказала Аджайя.
– Да уж, это тебе не стартовая ракета. – Алан беспокойно ерзал по сиденью. – На такой скорости выход из атмосферы занял бы вечность. Дней двадцать, наверное. Так что скоро мы наберем нормальную скорость. Но ты все равно расслабься, сколько-то времени это в любом случае займет.
Сильнее всего Джейн беспокоила мезосфера. Именно в этом слое дрейфовало большинство обломков кораблей и спутников, упавших с орбиты и сгоревших. Кабель был тонкий и гибкий и состоял из наиболее прочных материалов, которые Сектилии сумели создать в период наивысшего расцвета своей цивилизации. Наверняка он пережил множество столкновений без всяких последствий. Но шаттл ведь куда менее прочный. Столкновение может стать для него фатальным, как они уже убедились во время спуска.
Алан, кажется, думал о том же:
– А теперь до выхода из мезосферы нам придется играть в гонки с обломками.
Он был прав. Начались танцы. Вперед. Тормоз. Медленный подъем. Быстрый подъем. Ей приходилось отменять корабельные протоколы, по которым рассчитывалась скорость. В них учитывалось некоторое количество космического мусора, но явно не такое. Окружающая их среда очень быстро менялась.
Включились сигналы тревоги. Освещение рубки из мягкого бело-голубого стало красным. Джейн наклонилась вперед, пытаясь понять, что произошло. Брай понял, в чем дело, раньше нее и Рона.
