— В следующий раз хватай его руку, — посоветовала Хауфо, — вороны — это неблагоприятное знамение, но мы не знаем, вещий ли у тебя сон, или просто твоя фантазия разыгралась. Постарайся быть осторожнее.
— Думаешь, будет следующий раз? — Грейс тихо усмехнулась и посмотрела в окно, — куда ночь, туда и сон. Думаю, это просто моя фантазия. Так много случилось минувшим вечером. Вот я и видела всякое. Едва ли сон вещий.
— Если сон вещий, то он повторится. Будет повторяться, пока ты не поймёшь его смысла, — Хауфо говорила слишком уверенно, чтобы сомневаться в её словах. Эта кошка живёт тысячи жизней и каждую из них помнит. Она видела, как строились замки и рушились империи, она видела, как мертвые оживали, и живые угасали. Она пережила войны, помнит множество удивительных вещей и знает то, чего никому знать не положено в этой эпохе. И уж если она говорит, что вещие сны повторяются до тех пор, пока человек не поймет их смысла, так оно и есть.
Этот сон снился Грейс впервые. Теперь она и вовсе его начала забывать. Чем ярче солнечные лучи безмятежного южного утра пробивались в окно, тем расплывчатее становились привидевшиеся образы. Принцесса еще десять минут назад могла сказать, что глину, в которую врезалась пальцами, ощущала как наяву, теперь же, не акцентировала никакого внимания на деталях. Все расплывалось, таяло, точно туман. Однако если Хауфо говорит, что вещие сны повторяются, наверное, стоит принять это как факт. Грейс, в общем-то, всё равно. Но она запомнила совет божественного зверя, словно на всякий случай.
Хауфо положила лапы на коленки Грейс, когда та села рядом, а на них — голову, смотря на принцессу снизу вверх. Принцесса посмотрела на кошку сверху вниз. Сейчас Хауфо была такой милой, что трудно было не почесать её за ушком. Однако момент сейчас не подходящий.
— Знаешь, я спросить хочу. А ты не боишься, что с Эранором что-то случится? Ну, или, если с ним что-то случится, ты ведь узнаешь об этом, верно?
— Я всегда боюсь, что с ним что-то случиться. Он несколько раз чуть не умер, один раз его только чудо спасло, я думала, он не справится.
— Чуть не умер… а ведь вы связаны так крепко. Конечно, я понимаю, хоть и не в полной мере.
— Но сегодня с ним всё будет хорошо, он в Фирнене, играет со своим племянником. С отцом уже встретился, в обед обратно собирается.
Когда кошка сказала, как идут дела Эранора сейчас, Грейс не сдержала теплой улыбки.
— Отрадно слышать, что он в порядке. У него есть племянник? — Грейс представила огромного северянина, возящегося с мальчиком… какого же он возраста? Уместно ли будет спросить? Наверное, лучше при встрече.
— У него племянников много, настолько, что мы даже с половиной не знакомы лично.
С семьёй Фирнен всё довольно сложно. Последние сто лет в главную ветвь королевской семьи входят королева Айла и король Гест, мать и отец Хрона. Сам Хрон, его жена Селена и их сын Эранор. Но, Айла умерла, родив первого наследника — Хрона, и тогда Гест бросился в разврат с головой. У деда Эранора было ещё четыре жены, и так получилось, что у Хрона семь родных братьев и сестёр, и пять сводных. Не пересчитать, сколько двоюродных родственников у нынешнего кронпринца. Так уж сложилось, что племянников у него так много, что о существовании некоторых Эрн даже не знает.
— От такого количества родственников очень много душ на трон Эри. Поэтому он ненавидит балы и приемы, каждый раз его пытаются отравить. Урд, тётка, ему в открытую сдохнуть пожелала, в день рождения. Они все спят и видят его смерть, так что, чем быстрее он станет королём, тем лучше.
Урд была первой принцессой Фирнена, и, если бы Эранор умер, её сын стал бы первым претендентом на трон. Их вообще достаточно много, поэтому и Эранора пытаются убрать с дороги так часто, что принц уже устал считать.
— У… нелегко ему приходится. Всё же, наследник трона. У меня две сестры и то, порой это слишком много. К счастью, он и не пытаются меня отравить. Пока что, — Грейс пожала плечами.
Её отношения с Эсфеей и Тэс были непростыми, впрочем, как и с матушкой, но она не собиралась вдаваться в эти подробности. Кому интересно знать, что Эсфея всегда мечтала стать королевой, что её брак оказался низкого статуса, а супруг попросту недостоин её. И как только старшая дочь, цену которой определяют тысячей золотых монет в год, узнала, что её замухрышка-сестра, рожденная второй, станет невестой кронпринца! Уму непостижимо.
С Тэсой было всё прозаично. Она просто хотела всё то же, что было у старших сестер. У Эсфеи муж — завидно. Она красивая — завидно. Зависть к Грейс в младшей принцессе проснулась лишь на балу, когда она воочию увидела могучего северянина, который уволок сестрицу с собой и, как говорят, опорочил. Тэса мечтала вырваться из отчего дома, мечтала иметь свой, и быть там хозяйкой. Самой главной. К счастью, внешности Грейс она никогда не завидовала, но хотела быть так же на слуху, как средняя принцесса.
— Пока что, — подтвердила кошка со вздохом.
