— Я не знаю, зачем ей это. Ты в чем-то её подозреваешь? Ты что-то видела, Хауфо?
— Я долго за ней не смотрела, так что ничего больше. Но, она очень подозрительная, я бы таким не доверяла, — Хауфо не пыталась настроить Грейс против своей подруги, это было бы подло даже для такой вредной кошки, как она. Она говорила лишь то, что видела и чувствовала касательно этой странной девушки.
— Есть разница между интересом и вынюхиванием. Она вынюхивала.
Такие истории, как драка, обычно рассказываются так: «Большой Билли получил по роже от Роджера за то, что тот пытался умыкнуть его подружку». Если же Роджер — как в случае с Эранором и Грейс — неизвестен, никто не ударяется в подробности внешности. Эти слухи и распространялись только чтобы поржать за кружкой пива, и на утро они забываются. Поэтому, Анора, по мнению Хауфо, копала как-то слишком глубоко и тщательно.
— Я знаю, что Анора не местная. Ты никогда не интересовалась, что может быть нужно в городе человеку, у которого в нём нет ни семьи, ни друзей? Особенно в первом круге, ночью. Ты видела, кто там обитает. Явно у неё там не свидание было.
— Так она была в первом круге? — эта новость удивила, — нет, она, конечно, часто уходила по вечерам, но говорила, что бывала во втором круге, у подруги. Дочери кузнеца. Я не запрещала этой дружбы, потому что для меня Анора близка… может и не пристало так дружить госпоже и служанке, но я рассуждала так: ночью-то служить некому. Какой с того прок, раз я сплю.
Первый круг — место для отбросов. Лучшее место, чтобы плести интриги и обсуждать заговоры. Там всем всё равно, кто ты и что из себя представляешь. Снял комнату и делай, что душе угодно. Кошка не просто считала Анору подозрительной, она чувствовала что-то неладное, нехорошее в этой девушке.
— Грейс, не рассказывай ей о своих планах с Эранором. А лучше вовсе никому не доверяй. Я живу на свете дольше всех вас, и могу с уверенностью сказать, что у многих людей есть привычка вонзать ножи в спину.
Принцесса всхрапнула, как лошадка, касаясь ладонями своей шеи, и закатила глаза, стараясь отпустить ситуацию. Она слушала кошку, та говорила про Анору. А у Грейс в голове не укладывалось, как это может быть, чтобы верная служанка могла вести себя столь подозрительно.
— Но я доверяю ей почти половину прожитой жизни. Ещё ни разу она не давала мне повода усомниться в своей верности…
Это действительно было так. Анора часто выручала свою госпожу, оказывалась той самой феей, которая сглаживает все углы и решает превратности судьбы. На самом деле, Аноре это ничего не стоило, ведь все беды принцессы Грейс были масштабными лишь для неё самой. Войти в доверие к такому одинокому ребенку оказалось просто.
Конечно же, о крепкой связи принцессы и служанки, Грейс говорить не стала. Сама понимала, что это неправильно со стороны, но порой Анора была очень нежной и осторожной, она могла легко успокоить Грейс, а может и просто оказывала на неё некое особое влияние и подчиняла своим желаниям. Понимая это, Грейс покраснела и закрыла щёки ладошками от пронизывающего насквозь взгляда кошки. В последнее время, поговорить с Анорой у принцессы не было ни времени, ни желания. Они стали небывало далеки… может, она ревнует?
— Ты считаешь, она может меня предать?
— Ты ещё юна и наивна. Ты уверена, что заметила бы, как тот, кому ты доверяешь, пользуется тобой? — опять же, Хауфо не обвиняла Анору в неверности или измене, и не говорила с уверенностью, что та могла манипулировать Грейс. Кошка лишь предполагала, задавая вопросы, а принцессе оставалось искать ответы внутри себя самой. Не заинтересовано божественное создание в том, чтобы настраивать людей друг против друга, они сами прекрасно с этим справляются.
— Предать может любой.
— Ты, божественный зверь, что видит людей насквозь, точно мы сделаны из бумаги… Я не знаю, что и думать теперь. Если честно, я…
Грейс хотела ещё что-то сказать. То ли оправдать служанку и заверить в её лояльности, то ли пообещать держать всё в секрете, как в дверь постучали. Это точно не Анора. Она приходит всегда тихо, дабы не будить стуком принцессу по утрам. А значит, явился-таки шут, за которым посылала вчера Грейс и которому дала поручение.
— Ваше Высочество! — раздалось из-за двери точно так же, как прошлым утром на пороге спальни Эранора, — я выполнил ваше поручение! Всё в лучшем виде. Могу ли я войти?
Кошка среагировала на стук моментально, она уменьшилась до размеров обычной кошки и теперь занимала одну подушку. В таком виде не подозрительно предстать даже перед королем Элеманхом.
Коротко глянув на кошку, мол, хочешь — прячься, хочешь — нет, Грейс набросила на плечи халат, запахнула на груди, и ответила утвердительно. На пороге возник тот самый юноша, который приносил персики с утра в покои принца и которого Эранор раздраженно прогнал прочь, не дав передать на словах послание Грейс о встрече. В руках он держал свёрток, весьма объемный, но, кажется, легкий.
