— Господи, так вот что скрывается под твоей твердой, как скала, оболочкой? Мягкий мальчик? Возьми себя в руки, это уже неловко.
Он внезапно кружит меня в такт музыке, увлекая нас обоих за огромную цветочную композицию, пестрящую белыми шелковыми розами.
— Мой брат здесь, танцует с женщиной, которую любит. Я просто хочу побыть секунду с женщиной, которую… — Он делает паузу, как будто спохватывается. — С женщина, о которой забочусь.
Мой желудок сжимается. Я поднимаю на него взгляд. Он не смотрит мне в глаза, но я чувствую, как напрягается его тело под моими руками. Как будто он готовится к отказу.
Я дергаю его за воротник.
— Оу, — поддразниваю я. — Ты заботишься обо мне?
Джош хмурится.
— Прости. Я хотел сказать, презираю. Я путаю эти слова.
— Угу. — Я провожу руками вниз по твердым мускулам его груди. — И как долго ты
Его глаза поглощают меня целиком.
— С того момента, как встретил.
Я не могу дышать. Такое чувство, будто в моей груди порхает туча бабочек.
— Неудачник, — шепчу я.
Затем он улыбается, так ярко и неожиданно, что у меня почти режет глаза.
— Лейла, — бормочет он, обхватывая своими большими ладонями мои щеки.
— Джош! — Я оглядываюсь вокруг нас. — Люди могли видеть…
— Мне все равно, — бормочет он, наклоняясь и целуя меня.
У меня почти кружится голова от счастья, пока я медленно целую Лейлу, крепко прижимая ее к себе.
У меня сегодня самый лучший день, черт возьми.
Не поймите меня неправильно, я чертовски устал. Сегодня с пяти утра я глажу галстуки, забираю одежду из химчистки и приношу людям кофе. Пока готовилась, Эми писала моему брату трогательные романтические записки и требовала, чтобы я передавал их ему. Я, наверное, отказался бы, если бы он не был так чертовски счастлив каждый раз, когда я приходил с очередной запиской.
На секунду отстраняясь от Лейлы, я оглядываюсь на танцпол. Роб кружит Эми под музыку. Тепло разливается в моей груди. Он выглядит так, словно летает по воздуху.
Боже, как я люблю свадьбы.
Лейла вздыхает, прижимаясь к моей груди, и я снова смотрю на нее сверху вниз. Как будто этот день мог стать еще лучше, теперь в моих объятиях самая великолепная женщина в зале. Я прижимаюсь носом к ее виску и целую вдоль линии роста волос и за ухом.
— Это платье невероятное, — бормочу я, поглаживая мятный шелк.
Она не отвечает, притягивая мой рот обратно к своему. Я медленно втягиваю ее нижнюю губу зубами, посасывая мягкую плоть, и Лейла издает низкий сдавленный звук, по ее телу пробегает дрожь.
Я делаю паузу. Обычно Лейла не такая восприимчивая. Я вдруг осознаю, что она вспотела и слегка дрожит, прижимаясь ко мне. Ее дыхание вырывается мелкими, резкими толчками.
— Хэй. — Я отстраняюсь. — Лейла.
Она отворачивается, пряча лицо в моей рубашке. Я провожу рукой по ее обнаженной спине, и по ней пробегает еще одна дрожь, более сильная, чем первая.
Что-то не так. Я осторожно отстраняю Лейлу от себя.
— Милая? — Я убираю волосы с ее глаз. Ее лицо ярко-красное, а грудь тяжело вздымается. Я хмурюсь, обхватывая ладонью щеку. — Эй. Что не так? Ты в порядке?
— Да, — бормочет она, прислоняясь ко мне, как будто не уверена, что может стоять прямо.
Теперь я начинаю все больше тревожиться. Я опускаю руки к ее талии, поддерживая.
Она фыркает.
— Зак и Люк… — Она прикусывает губу.
— Хм?
— Они… — Она вздрагивает, прижимаясь ко мне, когда я глажу ее по спине. — Агх. Ты помнишь те бусины, которые подарил мне Зак? От «Грешников»?
Я моргаю от смены темы.
— Я… да?
Лейла слегка пожимает плечами и переминается с ноги на ногу.
— Они засунули их в меня.
Я смотрю на нее, вся кровь отхлынула из моей головы. Требуется мгновение, чтобы до меня дошли слова. Тогда я ругаюсь.
— Господи, Лейла. Ты сидела с игрушками внутри на протяжении всей этой церемонии?
— Да, — шепчет она, придвигаясь ближе. Я чувствую напряжение в ее теле, легкую дрожь в бедрах. Она уже длительное время находится на грани оргазма.
— И они оставили тебя в таком состоянии? — спрашиваю я, наклоняясь, чтобы вдохнуть аромат ее волос. — Это ужасно жестоко.
— Мммм. — Она смотрит на меня снизу вверх, ее зеленые глаза становятся огромными. — Поможешь мне?
Я оглядываюсь на гостей. Через несколько минут запланированы свадебные фотографии. В любую секунду одна из подружек невесты может прийти в поисках меня. Все мое тело кричит, чтобы я схватил Лейлу и отнес ее в наш гостиничный номер. Но я не могу.
— Пожалуйста? — тихо спрашивает Лейла. Она выглядит растрепанной; по ее шее и щекам ползет румянец, и она неглубоко дышит, пока бесцеремонно прижимается своим телом к моему. Я не могу оставить ее в таком состоянии.
— Пойдем со мной, — бормочу я, беря ее за руку.
Лейла позволяет мне вывести ее из зала в служебный коридор. Подталкивая ее в самый конец, я открываю дверь в уборную для персонала. Здесь красиво: обои с рисунками роз, раковины в форме морских раковин, установленные на длинной мраморной стойке, украшенной позолоченными кранами.
