Запирая за нами дверь, я поворачиваюсь и прижимаю Лейлу к стене, снова целуя. Она прижимается ко мне, задыхаясь. Ее руки цепляются за лацканы моей рубашки, будто она пытается найти опору.
— Пожалуйста, — снова шепчет она. — Это сводит меня с ума.
Я провожу рукой вниз по изгибу ее бедра, чувствуя, как прохладная ткань платья сминается под моими пальцами.
— Они доставляют боль? Хочешь, я их вытащу?
Она качает головой, хватает меня за запястье и направляет его себе между ног.
— Пожалуйста, — выдыхает Лейла. — Прикоснись ко мне.
Я послушно просовываю ладонь под платье. Мягкие, гладкие бедра уже горячие и влажные. Когда мои пальцы дотягиваются до промокшего кружева, мне приходится закрыть глаза. Она
— Приятно? — спрашиваю я, понизив голос.
— Д-да, — заикаясь отвечает она. — Ох…
Я смеюсь, продолжая двигать пальцами внутри
Пару минут мы молчим. Я уверенно дрочу Лейле, и она, уткнувшись в перед моей рубашки, тихо вздыхает и бормочет. Она уже близко. Я чувствую, как влага стекает по моей ладони, смачивая запястье.
Внезапно мой телефон издает звуковой сигнал. Я закрываю глаза. Дерьмо.
— У меня не так много времени. Должно быть, мой брат хочет сделать фото.
Лейла снова прижимается ко мне, ее бедра дрожат под моей рукой. Когда я встречаюсь с ней взглядом, они остекленели от слез.
Я хмурюсь.
— Детка, тебе больно?
— Неприятно, — шипит она. Я делаю паузу, и Лейла издает печальный звук. — Нет, — выдыхает она. — Нет, продолжай! — Ее голос напряжен от отчаяния. Я послушно продолжаю уверенные движения, погружая пальцы глубоко внутрь. Скользкие стенки сжимаются, будто пытаются затащить меня поглубже, и все ее тело прижимается к моему. Лейла на грани оргазма. Вероятно, уже некоторое время. Ее дыхание становится учащенным, каждый вздох более пронзительный и отчаянный, чем предыдущий, и я целую ее еще крепче, не отпуская, чтобы она могла отдышаться.
— Вот-вот кончишь? — бормочу я.
Лейла кивает мне в плечо, и я улыбаюсь, засовывая пальцы еще глубже, пока не добираюсь до металлических бусин. Очень осторожно я хватаюсь за одну из них, дергая за ниточку и одновременно проводя большим пальцем по набухшему бугорку.
С тихим стоном Лейла широко раскрывает глаза и кончает, превращаясь в горячее, влажное месиво. Я крепко держу ее, пока она бьется в конвульсиях, крепко вцепившись в перед моей рубашки. Я чувствую, как киска пульсирует вокруг моих пальцев, горячая и тугая.
Думаю, это самая горячая вещь, которую я когда-либо видел. Мне приходится закрыть глаза и заставить себя выровнять дыхание.
В конце концов, Лейла немного приходит в себя, но я еще не закончил. Мое сердце бешено колотится. Я хочу большего. Поэтому снова вонзаю в нее пальцы по самые костяшки, пока Лейла не начинает извиваться.
— Джош… — бормочет она. — Я не могу — это слишком.
Я скручиваю пальцы, поглаживая внутренние стенки, и дергаю за нитку бусин. Почти мгновенно Лейла кончает снова. Ее тело, сильно содрогаясь, прижимается к моему. Волосы падают на лицо, от чего пряди щекочут щеки, и я заправляю их ей за уши, прижимая Лейлу к себе, пока она тихо стонет.
К тому времени, как последняя волна дрожи покидает ее тело, Лейла уже не может стоять на ногах и держится за меня, потная и обмякшая. Я целую ее во влажную щеку, неохотно вытаскивая пальцы. Мой телефон снова подает сигнал.
— Мне нужно идти, — бормочу я. — Нужно сделать несколько фотографий.
Лейла кивает, тяжело дыша.
— Хорошо. — Она опускает взгляд на мои брюки. — Тебе не нужно помочь с этим?
Я вздрагиваю, наклоняясь, чтобы поправить член.
— Нет времени.
Фото будут ужасными. Кровь стучит в яйцах так сильно, что причиняет физическую боль, а кожа настолько сверхчувствительна, что я чувствую, как каждый чертов сантиметр этого дурацкого костюма царапает кожу. Нужно убедиться, что на фотографиях я буду стоять сзади.
Лейла кивает, утыкаясь носом в мой галстук, затем отстраняется.
— Хорошо, — тихо говорит она. — Иди. Увидимся позже.
Я целую ее в щеку и поворачиваюсь, чтобы уйти.
— Подожди.
Я оборачиваюсь. Лейла хватает меня за запястье и прижимает ладонь к своим губам. Прежде чем я успеваю что-либо сказать, она засовывает два моих пальца себе в рот и слизывает с них свои соки. Мои яйца сжимаются от чувственного прикосновения ее губ и языка.
— Лейла… — стону я. — Пожалуйста. Ты убиваешь меня.
Она прикусывает кончик моего пальца, затем отстраняется и мило улыбается.
— Просто приводила тебя в порядок. Развлекайся.
Требуются все силы, что у меня есть, чтобы развернуться и уйти. Но каким-то образом мне это удается.
