Зак стонет, переворачиваясь и шлепая по прикроватному столику. Раздается несколько приглушенных ударов, когда бесплатные шоколадные конфеты падают на ковер, но в конце концов ему удается схватить телефон-нарушитель.
— Твой, Эл, — бормочет он.
Она мычит, но не отрывается от моей груди.
Зак трет глаза, щурясь из-за яркости экрана.
— Ты наверняка захочешь прочитать. Письмо. От Анны Биде, или как там ее.
— Что? — Лейла резко садится в постели, бросаясь к телефону. Я вздрагиваю и сажусь, когда она случайно трется о мою промежность.
— Что там? — спрашиваю я, прижимая Лейлу к себе и убирая ее растрепанные волосы с лица, чтобы она могла лучше видеть.
— О Боже, — выдыхает Лейла, ее тело гудит от возбуждения, пока она читает письмо. — Анна забронировала мне билет на самолет. В следующее воскресенье.
Следующее воскресенье. Мой желудок сжимается. Это через восемь дней. Восемь дней, и Лейлы не будет в стране.
— Как долго ты там пробудешь? — спрашивает Люк, бормоча в подушку.
— Она не знает. — Лейла поворачивается, чтобы посмотреть на меня в темноте. — Черт, а что, если это помешает подкасту?
— Мы не сможем, — ворчит Зак. — Нет никакого способа добиться нормального звука. Уже пробовали это, когда Люк ездил навестить свою семью. Звучало так, словно он был на дне колодца.
— Конференция состоится в следующую субботу, — медленно произношу я, протягивая руку и проводя пальцем по ребрам Лейлы. — Тогда, может быть, нам стоит закончить эту рубрику.
Зак замирает.
— Что?
Я сглатываю, у меня перехватывает горло.
— Мы могли бы выйти все вместе, — говорю я, стараясь, чтобы в моем голосе звучал энтузиазм. — Объявим о финале перед гостями. А для слушателей опубликуем позже.
— Хороший способ завершить рубрику, — устало соглашается Люк. — Люди смогут познакомиться с Лейлой, задать ей вопросы.
— Еще слишком рано, — возражает Зак. — До «Podfest» примерно неделя. Мы не успеем выпустить все, что запланировали в рубрике.
— Мы сказали, что она продлится всего шесть недель, — напоминаю я ему, и Зак бросает на меня свирепый взгляд.
Я знаю, что он чувствует. Он не хочет отпускать Лейлу. Он не хочет, чтобы этот «эксперимент» заканчивался. Видит Бог, я тоже этого не хочу, но не похоже, что у нас есть выбор. Все это должно было быть только краткосрочным соглашением. Мы так договаривались.
Если бы Лейла была любой другой женщиной, я бы предположил, что мы просто продолжали бы заниматься сексом. Все наслаждались бы друг другом; не было бы никаких причин, по которым мы не могли бы поддерживать случайные отношения. Но Лейла не захочет тратить следующие несколько месяцев на то, чтобы валять дурака. Как только мы закончим рубрику, я уверен, она вернется к тому, чтобы листать приложения для знакомств и ужинать с двумя мужчинами в неделю, пока не найдет идеального для себя парня.
Не знаю, как справлюсь с тем, что она влюбится в кого-то другого. Но я должен.
— Выступление перед зрителми, — говорит Лейла. — Да, это идеальный вариант. — Она немного подпрыгивает у меня на коленях. — Надеюсь, что успею вернуться к встрече выпускников. Я хочу покрасоваться.
Я прочищаю горло.
— Ты… хочешь, чтобы я пошел с тобой на встречу выпускников? Как сопровождающий?
— Нет. Мои одноклассники и так думают, что я шлюха, я не могу привести с собой своего босса. — Она косится на Зака и Люка. — Вас я тоже не смогу взять, ребята. Они подумают, что я какая-то озабоченная фанатка, если пойду с Заком, и одному Богу известно, что произойдет, если я появлюсь под руку с учителем. Я справлюсь сама. О
Люк обхватывает ее рукой за талию и тянет обратно.
— Не сейчас, — приказывает он. — Спи.
— Но…
— Нет. — Он придвигает ее ближе ко мне, так что Лейла оказывается лежащей между нами, и целует ее в щеку. — Мы разберемся с этим завтра.
Мне кажется, что Лейла хочет возразить. Но она расслабляется, кладет голову на мою подушку и прижимается к моей шее. Я чувствую, как ее дыхание касается моей кожи.
— Вы, ребята, мои самые любимые люди, — признается она.
Я закрываю глаза, мое сердце бешено колотится в груди. Зак и Люк что-то бормочут ей в ответ. А я просто лежу в темноте.
Я должен сказать ей, что чувствую. Как можно скорее.
Я скажу ей завтра. Сначала мне нужно разобраться со свадьбой.
— Ты уверен, что это платье подходит? — спрашиваю я на следующее утро, поворачиваясь, чтобы посмотреть на себя в зеркало на туалетном столике. Зак переворачивается на кровати и смотрит на меня сквозь полуприкрытые глаза. Сегодня он выглядит великолепно, черный костюм подчеркивает широкие плечи, а светлые волосы спадают вокруг лица, будто у викинга.
— Очень милое, — бормочет он, протягивая руку, чтобы схватить меня за бедро. — Снимай.
Я отталкиваю его, пытаясь поправить подол платья.
