– Не нужно это мне, – ворчливо отвечает Оксана. Леша проползает мимо нее, она пинает его ногой, Леша ползет быстрее.
– А как же ты будешь зарабатывать?
– Мне не нужно.
– Но если у тебя не будет денег, как же ты будешь покупать себе еду?
– Пойду в магазин и возьму.
– Но если ты не заплатишь, тебя ведь посадят в тюрьму.
– А тюрьме кормят?
Леша ползает все быстрее, а еще он начинает завывать как скорая помощь. Мама пытается схватить его за руку, отпускает Оксану. Оксана сразу же валится на пол и принимается ползать вслед за Лешей.
Мама отчаянно смотрит на завуча. Завуч холодно смотрит на детей.
– Я стараюсь, – говорит мама. – Но да, Оксане сложно адаптироваться.
– А вы уверены, что от ваших стараний тут что-то зависит? – спрашивает завуч.
Оксана рыгает. Леша смеется.
– Да, – говорит мама, – конечно. Просто она у нас совсем недавно и ведет себя так, как привыкла. Но со временем, надеюсь, мы приведем ее в чувство и подтянем это все.
– Уважаю ваш оптимизм, – сухо отвечает завуч. – Но не разделяю.
Маме удается поймать Лешу, но он злится и пытается вырваться.
Оксана подползает к завучу и берет ее за руку. Ее завораживает большой сверкающий камень на кольце. Оксана вцепляется в кольцо обеими руками: одной рукой держит ободок, а другой пытается отодрать камушек.
Мама под впечатлением от этой сцены выпускает руку дергающегося Леши. Тот падает на пол, звучно ударяясь головой:
– А-А-А-А-А!!!
Мама, Оксана и Леша стоят под мелким дождем на автобусной остановке. Раздраженная мама держит обоих детей за руки. Автобус приходит полный, но мама и дети заходят. У мамы на правом ботинке развязан шнурок, но мама не завязывает его, идет, высоко задирая ногу.
В автобусе с ближайшего места встает дама, она собирается выйти.
Мама садится и берет Лешу на колени.
Оксана смотрит на них застывшим взглядом. – Я тоже вообще-то устала, – громко говорит она. – Чё мелкий опять расселся?
Дядечка, сидящий рядом с мамой, отрывается от мобильника, чтобы посмотреть на Оксану. Рядом с Оксаной стоит робкая старушка с палочкой, и дядечка вскакивает, чтобы уступить ей место. Оксана немедленно плюхается на это место.
– Оксана, уступи, пожалуйста, бабушке, – говорит мама.
– А почему я?! Сама уступай, если тебе надо. Я сидеть хочу.
– Сиди, девочка, сиди! – миролюбиво говорит старушка.
– Так нельзя! – резко говорит мама. Она спихивает Оксану с сиденья, усаживает сконфуженную старушку.
– Чё не стоялось ей?! – возмущенно вопит Оксана. – Она, что ли, рухает? Отвалилась рука нога у нее, блядь?!
Старушка испуганно моргает глазами.
– Да уймись ты наконец! – говорит мама. – Ну такое позорище, уже неловко рядом с тобой находиться.
Мама с детьми выходят на две остановки раньше, чем нужно. Оксана принимается бегать по лужам, брызгать в маму водой; она весело смеется. Леша присоединяется к Оксане.
Выставка Мунка. Мужчины в рубашках и девушки в длинных платьях с важным видом ходят между картинами.
Лея стоит перед картиной «Созревание». На картине голая девушка сидит на кровати и испуганно смотрит перед собой.
Лея в джинсах и майке, она задумчиво крутит прядь волос вокруг пальца. Рядом с ней стоит Ди, которая копается в телефоне. На Ди короткая футболка «Lick my balls». Сквозь дырявые джинсы видны загорелые ноги.
– Помнишь Тёму, того парня в шляпе с танцев? – спрашивает Ди.
– Да, помню, – говорит Лея.
– Знакомая пишет, что она с ним переспала.
– А зачем она тебе это пишет?
– Ну, все спешат поделиться своими победами. Сама понимаешь.
– Да не особо, – осторожно отвечает Лея.
– Надо его на вписку пригласить. Крутой чувак.
– Вписку? А что это?
Ди хмыкает:
– Ты девственница?
– Что? Я? Нет.
– И какой у тебя был секс?
Лея краснеет, осматривается на людей вокруг.
– Разный, – тихо говорит Лея.
– С кем?
– А почему это так важно? Ну, встречаюсь с кем-то. Возможно, – говорит Лея.
– Погоди. У тебя, что ли, нет парня? У тебя?! – недоуменно восклицает Ди.
Другие посетители недовольно смотрят на девушек.
– Давай потише, – смущенно говорит Лея. – Тут же музей…
– Да пошли уже отсюда!
– А как же мой папа? Где он, кстати?
Девушки ходят по залам в поисках Марка.
Марк стоит около стенда с маленькими графическими работами Мунка и упоенно разглядывает детали.
– Пап, мы все посмотрели, – нервно говорит Лея. – Мы домой пойдем.
Марк недоуменно поднимает брови.
– Уже? У нас тут что, спринт?
– Ну… извини.
Лея бросает последний взгляд на картину «Созревание», и они с Ди быстро уходят. Марк провожает их недовольным взглядом и возвращается к графике Мунка.
Квартира Фрайманов.
Бабушка режет салат на кухне.
Рома разбирает кучу грязной одежды на стуле в своей комнате.
Приходит Шура и вальяжно стоит в дверях комнаты. На ее мускулистых плечах тощая черная кошка с вытаращенными желтыми глазами – Слава КПСС.
– Чё делаешь? – спрашивает Шура.
– Да вот… не видишь, – говорит Рома.
Шура закрывает дверь, поднимает с пола какие-то карточки.
– Эт чё за бумажки?
