Парень из спальника с тоннелями в ушах сонно ворочается:
– Ну и чё?
– У меня через три месяца день рождения!
– А на хрена будить-то всех? – спрашивает парень. – Вон у Пуджа вообще сегодня днюха. Он же не…
Просыпается еще один парень, полный, с разноцветным ирокезом на голове:
– Да, ребята, спасибо, что пришли… Классно отметили.
– Это не просто день рождения, – продолжает Ди. – Мне будет восемнадцать! Во-сем-над-цать. А я еще не придумала, как отпраздновать!
– Да не волнуйся, мы поможем, – говорит парень с тоннелями. Он уже выбрался из спальника. Полный парень тоже встает и принимается неторопливо собирать мусор.
– Уж поможем так поможем, – хмыкая, добавляет он.
– Считайте, что вы приглашены, – говорит Ди. – Заодно познакомлю вас со своими друзьями с танцев. Они такие занятные.
Парень, рядом с которым спала Ди, открывает глаза, зевает. Это Шляпник.
Он поднимает с пола свой мобильник, смотрит на пропущенные сообщения, открывает заметку под названием «♡». Там длинный список девушек с датами рождения. Шляпник пролистывает список до конца.
Шляпник добавляет в список: «Диана Верас» – и ставит напротив галочку.
Молодые люди постепенно просыпаются, поднимаются, собираются. Пудж с грудой мусора в руках направляется к выходу из комнаты. Шляпник, не вставая с кровати, поднимает с пола свою шляпу и касается ею Пуджа:
– А сколько ей лет, говорит, исполняется?
– Восемнадцать вродь.
Парень дописывает: «2001 г.р.».
Курсор переходит на следующую строку. Шляпник пишет «Лея Фрайман».
На столе грязные мужские ноги. Одна большим пальцем потирает другую.
По заставленной книгами комнате распространяется сигаретный дым. Со статуэтки «Кинотавр» за лучшую режиссуру свисает носок.
Мужчина стряхивает пепел. Он пишет в почте на ноутбуке:
Анатолий кидает сигарету в мусорное ведро, наполненное бутылками, и почесывает щетину. «Отправить».
Здание ВГИКа. Триста девятнадцатая аудитория.
Даня заполняет анкету: вносит баллы ЕГЭ, свой e-mail, адрес, телефон.
В пункте «Я участвую в конкурсе» ставит галочки напротив «на бюджетные места» и «на платные места».
– Кажется, все, – говорит Даня. – А, вот еще.
В позапрошлом году я получил литературную премию.
Даня показывает пожилой секретарше сертификат.
– И еще в пяти конкурсах получил грамоты, – Даня роется в портфеле.
– Не надо. Мы просто за то, что у вас есть портфолио, даем десять баллов. Давайте копию сертификата. Это ведь копия?
– Да-да, копия.
Даня протягивает секретарше листок с надписью «Детская Горьковская премия» и нарядным орнаментом.
– Все? – спрашивает Даня.
– А творческая папка-то у вас есть?
– Ой, чуть не забыл. Господи. Извините!
Даня вынимает зеленую папку, на которой красивыми буквами написано «Даниил Бережнёв».
Через папку просвечивает страничка с заголовком «Привет, заморыши. Даниил Бережнёв. Оригинальный сценарий».
– Теперь все, – говорит Даня.
– Ждите результатов одиннадцатого числа на сайте, – дружелюбно отвечает секретарша, забирая папку.
У входа во ВГИК – бронзовый памятник Тарковскому, Шукшину и Шпаликову.
Тарковский, опустив глаза, поправляет шарф. Шпаликов бодро улыбается и поднимает кверху кулак. У их ног сидит растерянный Шукшин в мятой шапке.
Даня подсаживается к Шукшину, кладет руку ему на плечо, смотрит на него с театральным сочувствием.
Щелчок фотоаппарата.
– Теперь надо готовиться к пословицам, – деловито говорит Даня.
– А раньше ты разве не готовился? – спрашивает Никто и передает ему фотоаппарат.
– Ну, усиленно.
Никто подходит к памятнику так, что кулак Шпаликова оказывается направлен прямо в ее лицо. Даня фотографирует.
– Ты прям краб на галерах, – отвечает Никто.
– Я вчера как раз про крабов написал. У меня в телефоне есть. Прочитать?
– Ну давай, – говорит Никто.
