Да, часть становится пищей для других хищников, но выжившие прогрессируют в разы быстрее, чем их сородичи, живущие в низкоранговых областях Пятна. Вывод второй, на первый взгляд, нейтральный: флора, произрастающая за вторым кругом Кошмара, тоже в разы жизнеспособнее, чем знакомая нам. Благодаря чему проплешины, возникающие в местах схваток высокорангового зверья, зарастают от силы через месяц…
— … а энергетическая насыщенность растений ускоряет развитие зверей? — как-то уж очень быстро сообразив, к чему я клоню, продолжила государыня.
Я утвердительно кивнул и перешел к следующему пункту объяснений:
— Вывод третий, пугающий сильнее всего: еще в конце весны я думал, что у Пятен есть какие-то эпицентры, эти эпицентры располагаются не так уж и далеко от их границ, а Одаренное зверье упирается в потолок развития от силы на пятом-шестом Кошмарном ранге.
Тут Воронецкую пробрало по-настоящему:
— А что, это не так?
— Мы заходили в восьмой круг. Дважды. И видели монстров, пугающих до дрожи в коленях
— И этих монстров там НАСТОЛЬКО МНОГО, что не передать словами!
— … поэтому в этот рейд мы взяли с собой пленочную камеру, засняли девять воистину ужасающих схваток между такими монстрами и сделали почти три десятка фотографий представителей животного мира Пятна, внешний вид которых снимет все вопросы даже у самых упоротых скептиков.
Государыня уперлась взглядом в информационный носитель и задала напрашивавшийся вопрос:
— Как я понимаю, все материалы уже на нем?
— Да… — кивнул я и озвучил самую важную фразу объяснений: — Я решил показать их Владимиру Александровичу, Михаилу Владимировичу, Виктору и вам, чтобы убедить в жизненной необходимости скорейшего принятия ряда непопулярных мер. Кроме того, собираюсь начать кампанию по ускорению развития Одаренных Империи и… вынудить дворянство вспомнить о долге перед государством.
— Серьезные у вас планы… — пробормотала она, обдумывая услышанные тезисы, потом переключилась в режим Всесильной Императрицы и взяла со стола телефон: — Я вам верю. Поэтому организую «окно» в их расписаниях и поддержу во время разговора…
…В этот раз встреча в «стакане» лифтового холла прошла по новому сценарию. Первый раз Дмитрий Львович удивился в тот момент, когда увидел Людмилу Евгеньевну, спустившуюся по двери-трапу «Орлана». Потом одурел от количества термосов, которые несли мы с Олей. Во время сканирования в «рамке» не понял, почему она взяла новый ранг, а я — нет. А после того, как поздравил государыню с прорывом в первый ранг, выпал в осадок от ее ответа:
— Дим, это только начало: в скором времени первый ранг будет считаться проходным. Кстати, забери у Ольги Ивановны левый термос, отнеси его в свой кабинет, найди возможность перенести все запланированные мероприятия на завтра-послезавтра и поднимись ко мне.
— Может, сначала проводить? — предложил он, забрав у моей супруги ядра, добытые для спецотдела, но был послан тем же маршрутом:
— Иди, Дим: в присутствии Игната Даниловича и его супруги мне бояться нечего…
Ушел. А мы потопали дальше. И всю дорогу до приемной Императрицы сводили с ума всех встречных и поперечных ее рейдовым костюмом, полным отсутствием в поле зрения телохранителей и ледяной холодностью Людмилы Евгеньевны даже к самым хорошим знакомым. А потом дежурная фрейлина
проводила нас в кабинет, в котором уже обреталось трое Воронецких, и мне стало не до досужих размышлений — я ответил на приветствия Императора, Цесаревича и самого близкого друга, помог Оле опуститься в кресло, поставил на журнальный столик оба термоса, скинул с плеч рюкзак-однодневку и достал на свет божий портативный генератор развертки трехмерных изображений.
Пока перетаскивал в центр помещения свободное кресло, устанавливал «Фантом» на его сидение, вывешивал тестовую картинку и корректировал ее положение относительно мягкого уголка, государыня достаточно близко к тексту пересказала родичам тезисы, услышанные в моей гостиной. А потом села на диван между мужем и сыном, вздохнула и ответила на вопрос внука:
— Да, Вить, прорвалась. И поняла, что надо развиваться дальше. Но об этом решении поговорим чуть позже.
Он коротко кивнул, опустился в кресло, положил руки на подлокотники и прикипел взглядом к заставке нашего семейного сетевого канала, с которой Дайна начала монтировать нарезку:
— Этот ролик уже в Сети?
— Нет. Но, вне всякого сомнения, будет… — ответил я, ткнул в сенсор включения воспроизведения и ушел на свое место. А через несколько секунд вслушался в голос Иришки, начавшей зачитывать закадровый текст:
