– Вообще-то это я спросить хотела, – лишь улыбнулась в ответ она – Кое-как да удавалось отводить их в сторону с помощью своих сил.
Какое-то время они еще просидели в молчании, просто глядя на столь мило и беззаботно лежащих на полу братьев и сестер.
– А ведь они должны быть тут «старшими», как любят выражаться! – подметила Страсть.
– Есть такое!
По Страсти было так и видно, что её внутри что-то беспокоит, но она не осмеливается спросить у Гордыни, однако он вполне понимал, что может её тревожить после этой беседы. Потому, дабы подначить к разговору и её, он начал первым:
– Знаешь, гляжу я на них и думаю, что мне вот совсем моё имя не подходит, если так подумать.
– Ну…, может быть… – еще не до конца будучи готовой и самой что-то ответить, лишь смогла вытянуть из себя Страсть.
– Может быть? Как по мне даже это уже сильно сказано. Конечно, я вряд ли могу в себе разглядеть то, что вы все видите во мне со стороны. Только вот чем больше я провожу времени здесь, в этом теплом и уютном кругу нашей семьи, тем больше понимаю, что возгордиться могу разве что из-за того, что нашел всех вас!
– Я…, я тоже считаю, что мое имя мне ни капельки не подходит! Не то что
Она постоянно либо проглатывала пару слов, либо наоборот слишком громко выкрикивала определённые, во время своей речи, только вот Гордыня всё равно не мог без улыбки слушать её.
– Никто из вас же так и не думал, верно?! Просто я, может быть, и могу быть, иногда, милой, игривой, или еще какой, но всё равно по большей степени спонтанно, или не нарочно, или по странной прихоти, но вовсе никак не….
Она так и продолжала что-то увлечённо рассказывать, только, видимо, уже совсем и забыла, что сейчас перед ней сидит и всё это выслушивает Гордыня. А ему не особо хотелось в такой момент её тревожить. Всё же и сам он уже успел устать из-за всей этой внезапной заварушки, а потому веки так и тяжелели, тяня в сон. Лишь одна последняя мысль пробежала в его голове в этот момент:
– «Интересно, а какие же у нас были до этого имена? Те, которые нам дали наши настоящие родители. Да и где они сами тогда?»
Признаться, этот вопрос волновал его куда сильнее. Но в глубине своей души он чувствовал, что найти на него ответ ему предстоит еще очень не скоро. Если такая возможность вообще представится…
– Адам, ГО-185… – начал было монотонно сдавать очередной устный отчет один из сотрудников – Ой, извините, то есть Гордыня…
– Ха! – перебив его, громко усмехнулся Адам.
– … – с небольшим волнением глаза сотрудника начали бегать из стороны в сторону.
– Эти имена.... Так и напоминают мне постоянно о моем раннем ребячестве.
Сотрудник теперь лишь молчаливо и терпеливо стоял, пока Адам ненароком решил отвлечься на воспоминания и немного разошелся:
– Первый из людей, сошедших с высоты небесных садов Рая, был обречён быть растерзанным Семью Смертными Грехами, что последовали оказаться на этой бренной земле вместе с ним…. Как же это всё забавно теперь обернулось, не так ли?
– Давайте сбежим отсюда! – уверено заявил Гордыня.
Он до этого долго пытался придумать, как бы иначе преподнести эту мысль своим родным, но вскоре понял, что лишь затормаживает себя столь бессмысленными рассуждениями.
– Всё то время, что я провел в лаборатории, я не только послушно тренировался по велению Адама, но еще и исследовал то место, в котором оказался – начал вываливать на грехов всю скопившуюся информацию Гордыня – Мне удалось найти парочку скрытых ходов и даже много чего подслушать от местного персонала!
После этих слов он вдруг куда-то удалился, но успел мигом вернуться еще до того, как его слушатели отошли от первоначального шока. Конечно, пока что они еще ничего толком не понимали, но Гордыня искренне верил, что у него найдется для них весомое доказательство своей правоты.
– Вот! – он вытянул вперед руку, в которой держал некое подобие карты с тонной различных заметок. Затем он положил её на стол и начал методично и последовательно разъяснять всем присутствующим, что на ней нарисовано – Это вот мы с вами: наше убежище находиться примерно в 400-500 метрах от основного здания лаборатории. Сама она поделена на целых три этажа: один из них мы может отчетливо видеть и снаружи, а два остальных находятся ниже. По размерам они все один меньше другого, так что выходит некое подобие конуса. На первом этаже в основном жилые помещения, на втором – различные «рабочие» пространства, а уж в самом низу любит восседать сам Адам. Как он оттуда хоть за чем-то может наблюдать я не знаю, но…
– Гордыня… – вдруг его внезапно прервала Гнев – А почему ты вообще решил сбежать отсюда? Разве тебя что-то у нас не устраивает?
– Эм…
