С глаз тотчас же словно пелена спала. Стали очевидны причины всех махинаций и ужимок пиратской королевы. Все это время жирная паучиха стремилась лишь к одному – возможности оставить потомство. Об акронидах и их истории мне ничего не было известно, однако и тех обрывков, что умудрился насобирать там и тут, хватило, чтобы сделать кое-какие выводы. Вполне возможно, оставшись единственной представительницей своего вида, Мама Курта искала способ возродить расу. Естественные способы и клонирование, судя по всему, не подходили, и она принялась за неизученные методики, включавшие в себя не только манипуляции с генами и прочие биологические тонкости, но и стороннюю помощь в лице Ри Шенга. Тот так называемый
Мысленно ужаснувшись от перспективы, я тихонько выдохнул:
– Видимо, Мама Курта все-таки успела довести процесс мутации до конца.
Тварь, засевшая внутри лангутти, на сей раз точно среагировала на мой голос. Предприняв небольшое усилие, она выбралась из до невообразимости раззявленного рта и плюхнулась на кварцит черно-красной кляксой.
«Охо-хо! Вот это сюрпризец! Никогда бы не подумал, что старушка Курта на такое способна!»
Я, уже по привычке пропустив смех Паяца мимо ушей, оторопело наблюдал за появлением на свет еще шестерых новорожденных чудовищ с восемью лапками и блестящими, точно кинжалы, мандибулами.
Эйтн, не спускавшая с тварей дрожащий прицел, поинтересовалась:
– А теперь-то как быть?
Справедливый вопрос заслуживал ответа, но мои мысли все еще оставались за пределами Шуота. Что, если стайка паучат – наименьшая из наших нынешних проблем? Что, если алчная до всего и вся Мама Курта незаметно заразила и нас?
Я повернулся к Эйтн, намереваясь поделиться с ней опасением, но тут один из новорожденных решил, что ему пора перекусить.
Он прыгнул. Внезапно и нацеленно – истинный хищник!
Я не ожидал этого и инстинктивно бросился в сторону, надеясь, что и у Эйтн хватит прыти не попасться в растопыренные лапки чересчур юркой твари.
Но я переоценил паучонка.
Не преодолев и половины разделявшего нас расстояния, он свалился обратно на кварцит и больше не рисковал подниматься.
Причина столь внезапной перемены обнаружилась довольно быстро и представляла собой длинный и тонкий нож, пронзивший создание насквозь. Мерзкая вонючая жижа, вытекшая из раны, расползлась по зеркальной поверхности зеленым пятном. Существо несколько мгновений подергалось и с тихим писком затихло. Как быстро стало понятно – навсегда.
Я заторможено смотрел на всю эту картину, тщетно силясь понять, что вокруг происходит. Мало-помалу начавшие приходить в себя братики и сестрички убитого паучонка, заелозили и застрекотали. Было очевидно, что последует за этим.
Однако еще до того, как выродки Мамы Курты умудрились остервенеть настолько, чтобы попытать счастье вновь, некто неуловимый промчался между нами. С тихим шелестом, напомнившим пустынный ветер, он без усилий и проволочек разделался с каждой из тварей, после чего остановился чуть поодаль и с меланхоличным видом принялся вытирать перепачканный паучьими внутренностями нож.
– Райти?!
Тот поднял взгляд и усмехнулся.
– Ты не бросил меня, Сети. Считай это своеобразной ответочкой.
У меня не нашлось слов, чтобы что-то сказать. Наверное, стоило поблагодарить. Но с куда большим стремлением я попытался осмыслить, как он умудрился так быстро оправиться.
Видимо, прочитав эти мысли на моем лице, он спрятал кинжал в ножны и подбоченился.
– Что? Ты думал, я навсегда умом тронулся?
Вполне естественно, что Паяц, следивший за происходящим из места своего заточения, не постеснялся вклиниться:
«Ты только погляди! У этого индивида мозги не обернулись кашей. Я заинтригован. Ни один разум не способен выдержать слияние сущностей без последствий. Быть может, мои суждения поспешны и новое поколение лейров не настолько никчемно, как казалось».
У меня голова пухла от череды событий, что сменяли друг друга, не давая возможности передохнуть, так что с замечаниями Паяца я поступил уже привычно – оставил без ответа. Меня беспокоило состояние Райта, которое, не смотря на всю проявленную удаль, просто не могло не вызывать опасения.
На всякий случай дав Эйтн знак не расставаться с бластером, я выступил вперед.
– Райти, – снова позвал я, – ты точно в порядке?
Ассасин отразил мою позу: руки вдоль тела, ноги на ширине плеч. Как будто бы ни намека на угрозу. Разве что выражение лица отличалось. Я, в отличие от него, улыбаться не спешил.
– Лучше и быть не может. – Райт отвесил поклон Эйтн. – Леди Аверре. Рад, что вы еще с нами.
